Через неделю она зашла в их с Виктором квартиру вместе с матерью и мастером по замкам. ...
Через неделю она зашла в их с Виктором квартиру вместе с матерью и мастером по замкам. Виктора не было. Внутри пахло пылью и застоявшимся воздухом. На кухне стояла чашка с присохшим чаем, в спальне висели его рубашки, а половина полок пустовала. Марина забрала оставшиеся вещи и вдруг ясно почувствовала: в этот дом вложено много денег и сил, но почти ни капли близости. Уже на выходе она заметила на подоконнике фотографии участка — ровное поле, забор, место под будущую веранду, обведённое ручкой. Марина посмотрела на них и оставила там же. Ей стало ясно: Виктор и дальше будет жить в своих проектах и отсрочках. Просто теперь без неё. Вечером того же дня она сидела на кухне у Олега, держала обеими руками кружку с чаем и слушала, как за стеной сосед ругает телевизор. Обычный бытовой шум. Не красивый, не новый, не идеальный. Но живой. Олег молча нарезал хлеб, потом сел напротив. — Как ты? — спросил он. Марина не сразу ответила. — Плохо, — честно сказала она. — Но впервые это плохое хотя бы настоящее. Он кивнул, будто понял. Она смотрела на пар над кружкой и думала, что «нормальная семья» не начинается с квартиры, ремонта или дачи. И даже не начинается с другого мужчины. Она начинается с простого права не просить разрешения на свою жизнь. Виктор остался в их красивой отремонтированной квартире один — со своими чертежами, задатком за участок и привычкой откладывать всё настоящее на потом. А Марина сидела на чужой кухне с разбитым носом, больной рукой и тяжёлым пониманием, что впереди долгий, неловкий, совсем не праздничный путь. Но по крайней мере это был уже её путь… Автор: Психология ужаса/Рассказы