— Боялась, Леонид Иванович, — призналась она тихо, чувствуя себя маленькой провинившейс...
— Боялась, Леонид Иванович, — призналась она тихо, чувствуя себя маленькой провинившейся девочкой. — Думала, что вы меня видеть не хотите, презираете. — Глупости, — мягко сказал профессор, пожимая её руку. — Я переживал за тебя, следил по новостям за той историей. Ну, готовься к операции. Я лично проведу её от начала и до конца, своими руками. А потом мы с тобой поговорим серьёзно, обо всём. Ирина прикрыла глаза, и по щекам опять потекли слёзы — на этот раз слёзы благодарности. Вскоре пришла медсестра, чтобы подготовить её к процедуре. Затем Ирину подключили к какому-то диковинному, сложному аппарату, и профессор, надев операционные очки, принялся ювелирно, сантиметр за сантиметром, изолировать повреждённые сосуды. Она думала только об одном: лишь бы с детьми ничего не случилось, лишь бы они выжили. — Ну вот и всё, дорогая моя, — Шейн снял перчатки и улыбнулся своей бывшей ученице. — Операция прошла успешно, даже лучше, чем я рассчитывал. Кстати, я распорядился, чтобы тебе в палату отправили несколько свежих учебников. Пора, моя хорошая, браться за ум, время упущено, но не всё потеряно. Родишь своих двойняшек, восстановишься немного и возвращайся в медицинский. Диплом будешь писать под моим личным руководством и продолжать это благое дело. А то у нас, знаешь ли, решительно некому делать такие сложные, высокотехнологичные операции. Все разбежались по коммерческим клиникам. — Ух ты, Леонид Иванович... я подумаю, — растерянно улыбнулась Ирина, чувствуя, как мир снова обретает краски. — Я не просто советую, я настаиваю, и думать тут не о чем, — строго, но с теплотой ответил профессор. — Таланты нельзя закапывать в землю. Пока Ирина отдыхала и набиралась сил в палате, Шейн давал интервью местной газете, подробно рассказывая об этой уникальной и редкой операции, которую он только что провёл. И вот, спустя месяц после этого события, в своей мрачной тюремной камере, сидя на жёстких нарах, Роман увидел мелькнувшее в криминальной хронике фото бывшей жены с подписью о её успехах. Он с ненавистью отвернулся, уставился в грязную стену, покрытую сыростью. Думать о том, что он сам, своими руками, разрушил всё, что у него было, и лишил себя будущего, было невыносимо. Мужчина прикрыл глаза и постарался сделать вид, что ему совершенно плевать на успехи Ирины, что он о ней даже не вспоминает. Но получалось у него это как-то очень плохо. Чёрная, едкая зависть к чужому, такому далёкому и недосягаемому теперь счастью, словно ржавчина, въедалась в его душу и разъедала её изнутри. Ну а Ирина, ровно в положенный срок, благополучно родила крепкого мальчика и здоровую девочку, осуществив свою давнюю мечту о большой и счастливой семье. ПЕРЕЙТИ К НАЧАЛУ ФИНАЛЬНОЙ ЧАСТИ РАССКАЗА Сетка моих каналов в МАКС