Муж годами пропадал на работе, а жена собралась на развод. Но по дороге в суд она встре...
Муж годами пропадал на работе, а жена собралась на развод. Но по дороге в суд она встретила девочку, похожую на свою дочь Глава первая Марина с раздражением швырнула ключи от машины на рабочий стол — они жалобно звякнули, словно обиделись на такое обращение. Что за дурацкий, нескладный, ни в какие рамки не лезущий день ей сегодня достался? А ведь всё должно было пойти совершенно иначе и привести совсем к другому итогу. Этот сентябрьский четверг задумывался как точка в затянувшейся череде её неудач и промахов — жирная, окончательная точка. Он должен был внести ясность в запутанное и разом отсечь всё ненужное. К этому дню она готовилась долго и всерьёз. Каждое слово, которое собиралась произнести, было продумано, движения и жесты отрепетированы до автоматизма. Да что там говорить — выбору одежды, макияжа и причёски она сегодня уделила столько времени, сколько, наверное, иная невеста не тратит на свой свадебный образ. Хотя ещё вопрос, что важнее: свадьба или развод, если уж та самая счастливая жизнь всё-таки дошла до такого печального финала. Решение развестись с Тёмой она приняла давно, но всё никак не решалась перейти от слов к делу. А последней каплей стала очередная ссора — из тех, что вспыхивают на пустом месте и оставляют после себя горький осадок. Тёма тогда снова не пришёл ночевать, сославшись на дежурство, а утром, когда она попыталась поговорить, отмахнулся и пробурчал, что она всё преувеличивает. И вот тогда Марина поняла: дальше так нельзя. Она подала заявление и стала ждать суда, а Тёма с тех пор делал вид, что ничего особенного не происходит — присылал сообщения, звонил, пытался вызвать сочувствие и бубнил про ошибку, поспешность и ненужность их развода. Но вместо того чтобы явиться на заседание суда без трёх минут к назначенному часу и легко, элегантно опуститься за стол, она, безнадёжно опоздав, ворвалась в кабинет запыхавшаяся, раскрасневшаяся, чуть не сломала каблук в коридоре и едва не сбила с ног девушку, выходившую из помещения. — О, здравствуйте, вы, видимо, гражданка Ивлева, — обратилась та к Марине, испуганно отшатнувшись. — Ну что же вы, заседание по вашему делу о расторжении брака было назначено на 14:00, а сейчас уже двадцать минут третьего. — Простите, я опоздала, — выдохнула Марина, борясь с желанием добавить что-нибудь спасительное, как в школе: что проспала, что лифт застрял, что ключи потерялись. В общем, брякнуть хоть что-то. — Ничем не могу помочь, — важно произнесла девушка. — Из-за неявки истицы, то есть вас, судья отложил слушание вашего дела на конец месяца. В общем, всё пошло не так. Вместо ощущения свободы и лёгкости она снова оказалась в привычном состоянии самокопания, сомнений и ожиданий неизвестно чего. А ведь она должна была быть убедительной, уверенной, спокойной, красивой и элегантной. Всё это Марине было позарез нужно, чтобы убедить окружающих — судью по её бракоразводному делу, секретаря заседания и прочих, кто присутствует на подобного рода разборках между нерадивыми супругами, — в правильности и неизбежности происходящего. В конце концов, нужно было сразу поставить на место своего бывшего — ну, или почти бывшего — мужа Артёма. Потому что, судя по всему, Тёмка продолжает делать вид, что чего-то не понимает, строит из себя дурачка, давит на жалость и бубнит про ошибку, поспешность и ненужность их развода.