Есть особая категория как экспертов-обозревателей, так и туристов, которые, побывав в Н...
Есть особая категория как экспертов-обозревателей, так и туристов, которые, побывав в Нью-Йорке, привозят оттуда лишь истории о грязи, сомнительных запахах и шастающих повсюду маргиналах. Я не самый большой фанат Нью-Йорка, но там есть масса прекрасного. Бродвей, например. Но бомжей тоже много. Сериал «Река Мэдисон» — это манифест презрения его режиссера к «Большому Яблоку», и это презрение сочится почти сквозь весь сериал. Шеридан ненавидит Нью-Йорк. Он ненавидит ньюйоркцев. Он ненавидит нью-йоркских родителей и просто терпеть не может нью-йоркских детей — впрочем, в основном за то, чему их научили в нью-йоркских школах и нью-йоркских семьях. Главный конфликт сериала в том, что люди из глубинки — посланники небес, а городские жители — исчадия из самых глубоких, темных канализаций ада. И именно поэтому мне этот сериал очень понравился. В современной Монтане Престон Клайберн (Курт Рассел) и его младший брат Пол (Мэттью Фокс) рыбачат, попивают кофе на верандах с видом на реку Мэдисон и наслаждаются райской жизнью на богом забытой, но благословенной земле. Пол здесь живет, ведя уединенное, но духовно наполненное существование. Престон же — лишь редкий гость, хотя всей душой стремится к большему. Там, в Нью-Йорке, он — финансист, прикованный к семье и закованный в кандалы городской суеты, а здесь, в Монтане, он обретает покой. И это мне тоже очень откликается. К тому же, сразу в первой серии он погибает вместе с братом, а жене и семье приходится приехать и похоронить его там, ибо так он завещал. Важно признать: «Река Мэдисон» выглядит просто великолепно. Кристина Александра Ворос — опытнейший оператор, снявшая значительную часть сериала, а заодно и выступившая режиссером всего сезона, — с упоением выстраивает каждый кадр, используя оптические блики камеры и даже мини-радуги от них как своеобразные знаки препинания. Река, холмы, лошади, индейцы и все такое... Очень красиво. Туалет на улице — как в деревне у бабушки. И гнездо шершней в нем со всеми вытекающими последствиями. Этот сериал — бенефис Мишель Пфайффер. Своей работой она напоминает всем, что мало кто из актеров способен так блестяще передать растущую внутреннюю силу под маской внешней хрупкости. Играя женщину, с которой временно сняли фильтр снобистской утонченности (ее внутренний «Нью-Йорк»), она с виртуозной легкостью переходит от надрывной мелодрамы к прямолинейной откровенности и житейской мудрости (ее «Монтане»). Это великолепная актерская игра, которую лишь изредка портят те нелепые ситуации, в которые ее ставит сценарий. В общем, первые три серии я плакал и местами смеялся... Ведь как бы топорно и прямолинейно режиссер ни делил сериал на черное и белое, мне было как-то очень хорошо видеть на большом экране красивую картину моих личных внутренних переживаний через игру Мишель Пфайффер и Курта Рассела. И идея побега куда-то в уединение, неважно в какой стране, нравится мне все больше и больше. Где-то глубоко внутри я думаю про цифру 3 (года) — заработать денег на второй дом и как-то организовать доход без личного присутствия на работе. Мне слишком не нравится все то, что происходит сейчас вокруг меня