ПОД ОРАНЖЕВЫМ АБАЖУРОМ
ПОД ОРАНЖЕВЫМ АБАЖУРОМ Глава 12. Чуть позже они сидели в маленьком, полупустом привокзальном кафе. Перед Алексеем стояла большая тарелка с горячим супом, но он почти не прикасался к еде — только держал маму и сестру за руки, словно боясь, что они снова исчезнут. — Меня в том бою контузило сильно, — тихо, глядя в глаза, рассказывал Алексей. — Память отшибло начисто. Очнулся в глухой горной деревне у местных. Старик один меня подобрал, выходил. Документов нет, кто я — не помню. Полгода жил как в тумане, помогал ему по хозяйству. А неделю назад ночью сон вижу: сидим мы все дома под оранжевым абажуром, отец часы Дашины чинит, а за печкой кто-то так горько, надрывно плачет… И тут меня как током ударило! Всё вспомнил. И имя своё, и адрес, и вас, моих родных. Алексей замолчал, его челюсти судорожно сжались. Он посмотрел на чёрный платок на голове матери. — Я в военкомат сразу, оттуда — на попутках сюда. Квартиру открываю — а там чужие люди, стены ломают… Сказали, вы уехали. Я на крыльцо вышел, стою, не знаю, где вас искать… И тут вы выходите. Он опустил голову и закрыл лицо руками. Его широкие плечи задрожали. — Батя… Как же так, мамочка? Я ведь не успел. Он так меня и не дождался… Анна Сергеевна пересела к сыну, обняла его, укачивая, как маленького, и шептала сквозь слёзы: — Дождался, сынок, в последнюю минуту дождался. Он знал, что ты живой. И сейчас он всё видит и радуется за нас. Главное — ты вернулся. «Сон он видел… Ишь! Это я к нему через все горы и долы пробился, когда силы последние от тоски терял! Это я ему в беспамятную голову постучал, чтоб очнулся парень, чтоб домой шёл! Ну да ладно, пускай думает, что просто сон. Главное — вспомнил. А Пётр… Пётр Николаевич оттуда, с облачка, сейчас на нас смотрит и улыбается в свои усы инженерские. Я за твоими родными пригляжу, Петя, не волнуйся. И парня на ноги поставим, шрамы ему затянем. Всё сделаем, как надо». #пробапера@elenadefektolo