ПОД ОРАНЖЕВЫМ АБАЖУРОМ
ПОД ОРАНЖЕВЫМ АБАЖУРОМ Глава 11. Анна Сергеевна шла по ступенькам старого подъезда бережно, словно несла в руках хрупкую хрустальную вазу. Серый холщовый мешочек, прижатый к её груди, казался тёплым, почти горячим. Даша шла следом. На душе у обеих впервые за долгое время было удивительно легко, будто они сбросили тяжелые оковы. Они толкнули входную дверь подъезда и зажмурились — колючая зимняя крошка прекратилась, и сквозь тучи неожиданно проглянуло яркое, слепящее солнце. — Ну вот и всё, мамочка, — тихо сказала Даша, вдыхая морозный воздух. — Теперь вперёд, к новой жизни! Она сделала шаг к дороге, собираясь ловить такси, и вдруг замерла как вкопанная. У края тротуара, прямо под старым раскидистым клёном, стоял мужчина в тёмной гражданской куртке. На плече у него висел видавший виды армейский рюкзак. Лицо мужчины было иссечено мелкими шрамами, взгляд казался усталым и взрослым, но эти серые, до боли знакомые глаза Ивановых невозможно было перепутать ни с чьими другими. Мужчина медленно опустил рюкзак на снег. — Мама?.. Дашка?.. — хрипло, будто разучившись говорить, произнёс он. Анна Сергеевна охнула. Мешочек на её груди на секунду шевельнулся, словно подталкивая её вперёд. Сумка Даши выскользнула из рук и упала в сугроб. — Алёшенька… — только и смогла прошептать мать, прежде чем её ноги подогнулись. Алексей в один прыжок оказался рядом, подхватывая её, падающую, и прижал к своей широкой груди. Даша с рыданием бросилась к ним, обвивая руками шею брата. Они стояли посреди заснеженного двора, сплетённые в один плачущий и смеющийся узел, а редкие прохожие удивленно оглядывались на них. «Алёшка! Живой! Коршун ты наш, сокол ясный! Ну надо же, прямо у подъезда столкнулись! Ай да Полярная Хозяйка, ай да удружила, точно подгадала время! Сердце-то моё вещее не обмануло, чуяло, что дышит парень. Ну, плачьте, плачьте, родные мои, смойте с души всё горюшко чёрное. Я бы и сам сейчас разрыдался, да усы намочить боюсь. Теперь-то всё на лад пойдёт, теперь-то мы сила. Главное — вместе». #пробапера@elenadefektolo