«Он всё это время был здесь. Просто ждал, когда мы соскребём побелку»
«Он всё это время был здесь. Просто ждал, когда мы соскребём побелку» 6 августа, в день памяти святых страстотерпцев князей Бориса и Глеба, помощник начальника УФСИН России по Рязанской области по организации работы с верующими игумен Иоасаф (Сорокин) прибыл с рабочим визитом в исправительную колонию №3 города Скопина. Разговор шёл о вещах вроде бы будничных: как выстроить духовную работу так, чтобы она доходила до сердца, а не оставалась строчкой в отчёте. Вместе с игуменом Иоасафом приехал игумен Лука (Аксенов) — художник-монументалист, иконописец, член Российской гильдии иконописцев. И приехал не за компанию. На территории учреждения стоит Никольский храм. Стоит давно. И давно ждёт своего часа. Реконструкция — задача не из простых: что сохранить, чем наполнить, каким его увидят те, кто придёт сюда завтра? Вариантов предложили несколько — от сдержанных до по-настоящему смелых. А потом начались первые внутренние работы. И храм заговорил сам. Из-под слоёв времени проступило «древнее» изображение — предстоящие при Кресте апостол Иоанн Богослов и сотник Лонгин. Тот самый Лонгин. Римский офицер, служивший по приказу. Человек, который пронзил копьём рёбра Распятого — и в ту же минуту сказал: «Воистину Он был Сын Божий». Палач, ставший исповедником. Конвоир, ставший святым. Его лик открылся на стене храма, стоящего за колючей проволокой. Совпадение? Может быть. Но трудно придумать образ, который был бы уместнее именно здесь — там, где каждый день решается вопрос, можно ли начать заново. Эту фреску не заказывали «под задачу» и не подбирали по смыслу. Она просто была. Скрытая, забытая, живая. И открылась ровно тогда, когда пришло время её увидеть. Говорили в этот день и о будущем — вполне земном и конкретном: новый поток из 9 человек начнёт обучение на кафедре теологии РГУ имени С.А. Есенина, а ещё одна группа осуждённых приступит к занятиям по программе «Основы Православия» школы «София». Стены здесь высокие, и снаружи кажется, что за ними ничего не происходит. Но иногда достаточно снять один слой — со стены ли, с человека ли, — чтобы увидеть: там всё это время был образ. И он ждал.