РОДНЫЕ ПО КРОВИ 54
РОДНЫЕ ПО КРОВИ 54 Начало В ремонтной мастерской Игорь Николаевич подозвал мастера: «Это мой сын. Знакомь его с производством, вводи в курс дела». Тот кивнул: «Пойдемте». Влад не понимал, зачем ему все эти трактора и комбайны. Его раздражал запах солярки, который впитывался в одежду, чумазые мужики, которые по локоть в мазуте орудовали ключами. Мастер что-то объяснял, показывал, но Влада это мало трогало. Потом выяснилось, что срочно нужны какие-то запчасти, и мастер включился в производственный процесс. Парень вышел на улицу и направился в сторону института. Ирина Петровна решила поговорить с Владом серьезно. Раньше они были друзьями, Влад доверял матери и даже делился с ней своими секретами. Сейчас она очень хорошо понимала своего мальчика, который пережил измену любимой девушки. Конечно, ему тяжело. Конечно, ему нужна помощь. Влад возвратился рано. Сказал, что на предприятие к отцу больше не пойдет, и что был в институте. Зимние сумерки накрывали темнотой. Ирина Петровна и Влад электричество не включали. Они сидели на кухне и разговаривали, как когда-то давно, когда Влад еще был подростком. Мама жалела сына и старалась нащупать ту дорогу, по которой ему хотелось бы двигаться. Влад впервые за долгое время задавал себе этот же вопрос. Все-таки его душа лежала, как и прежде, к искусству. «Обещай мне, что ты не будешь больше делать глупостей, - просила Ирина Петровна. – Готовься на следующий год поступать в институт культуры. С отцом я поговорю». - Но он не разрешит. -Тогда будешь поступать без разрешения. Ирина Петровна твердо решила копить Владу на учебу и помочь ему осуществить его мечту, чего бы ей это ни стоило. От разговора с Владом Ирине Петровне стало легче. Она почувствовала, что им вместе вновь удалось поставить цель, которая вытянет Влада из ямы, в которую он начал активно сваливаться. Главное, лишь бы у него хватило стойкости удержать в себе желание изменить свою жизнь. О Саше и Диане не говорили. Ирина Петровна тщательно старалась не обидеть сына даже словом. Она понимала, что нужно время. Это единственный лекарь для душевных травм. Договорились, что Влад вновь возобновит свои визиты к признанному в городе художнику. Когда то он уже с ним общался, брал уроки, и Владу это нравилось. Решение материальной стороны вопроса Ирина Петровна брала на себя. Сопротивляться Игорю Николаевичу было себе дороже. Мать и сын понимали это и негласно оба решили, что открытую войну объявлять не будут, а вот тихое несогласие претворять в жизнь можно и нужно. У Влада прорезалась цель. Все-таки живопись, искусство его манили. Он достал из ящика кисти, краски. Решил просто малевать, бездельно, каракулями. Водил кистью, а мысли уносились далеко, в прошлое к Саше. Она единственная его понимала, с ней единственной ему было хорошо. Зачем она уехала? Кто он, с кем она связала жизнь? Думать об этом было невыносимо больно. В нежное голубое поле листа на мольберте ворвались чёрные кляксы. Влад лёг на кровать. «Как жить? Зачем?», - мозг точили одни и те же мысли. Зимний день без боя отдал бразды правления темноте. Влад не заметил, как пролетело время. Даже к барной стойке сейчас не хотелось. Может быть, одному выпить прямо из горлышка чего покрепче? Да, наверное, это бы сейчас было лучшее решение. Но мама обязательно увидит или почувствует, как это может чувствовать только она одна. Будет переживать, расстраиваться, убеждать, что нужно быть сильным. Влад вышел на улицу. Морозный ветер бросал снег прямо в лицо. Парень упрямо шёл ему на встречу.