Восьмой курс в Хогвартсе
Восьмой курс в Хогвартсе Сентябрь тысяча девятьсот девяносто восьмого года встретил Хогвартс не привычным гулом веселых голосов и хлопками надувных фейерверков «Всевозможных волшебных вредилок», а густой, настороженной тишиной и запахом свежего известкового раствора. Четыре месяца десятки лучших заклинателей Министерства, каменщиков и самого преподавательского состава поднимали древнюю цитадель из майских руин. Восточное крыло и виадук были выстроены заново из серого шотландского гранита, в рамы Большого зала вставили новые расписные витражи взамен выбитых взрывами, а выжженные Адским пламенем стены седьмого этажа отмыли специальными алхимическими составами. С виду замок казался прежним — величественным и нерушимым. Но те тридцать четыре человека, которые вернулись первого сентября доучиваться на специальный, внештатный «восьмой курс», чувствовали правду кожей: замок еще не оправился от раны. В коридорах то и дело сами собой гасли факелы, хотя сквозняка не было; лестницы меняли направление не с прежней игривой причудливостью, а резко, судорожно, словно здание вздрагивало во сне от старого кошмара; а по ночам в глубине каменных стен на нижних этажах раздавался низкий, едва уловимый гул, будто глубоко под фундаментом в гранитной породе пульсировала застрявшая, не нашедшая выхода чужая магия. Для студентов восьмого курса директор Минерва Макгонагалл и Попечительский совет приняли беспрецедентное решение. Поскольку возвращать девятнадцатилетних ветеранов войны, прошедших через пытки, потери и битву насмерть, в общие факультетские спальни к беззаботным одиннадцатилетним первокурсникам было немыслимо, для «восьмикурсников» всех четырех факультетов выделили отдельное крыло в отреставрированной Западной башне — с одной общей круглой гостиной, отделанной нейтральным золотистым дубом и бежевым камнем, и отдельными комнатами на одного-двух человек. Замысел Макгонагалл и нового министра Кингсли Бруствера был благородным: разрушить вековую вражду факультетов и заставить вчерашних противников научиться жить под одной крышей в мирное время. На бумаге это выглядело прекрасно. В реальности же общая гостиная Западной башни в первую неделю сентября напоминала пороховой погреб, где по одну сторону камина собирались гриффиндорцы, пуффендуйцы и когтевранцы — Симус Финниган, Дин Томас, Невилл Долгопупс,…