Билет в другой мир: альтернативный финал, в котором Артур успел уйти вместе с Мэри Линтон
Билет в другой мир: альтернативный финал, в котором Артур успел уйти вместе с Мэри Линтон Густой, удушливый пар локомотива со свистом вырывался из-под огромных чугунных колес, смешиваясь с вечной, липкой копотью вокзала Сен-Дени. Этот город пах гниющими водорослями, жженым сахаром, конским потом и невыносимой, фальшивой роскошью. Артур Морган стоял на перроне, чувствуя, как тяжелый, влажный воздух Лемойна оседает на его плечах свинцовым грузом. В двух шагах от него, на подножке пассажирского вагона, стояла Мэри Линтон. Ее глаза, покрасневшие от слез и бессонных ночей, смотрели на него с такой отчаянной, обнаженной мольбой, что у Артура внутри всё скручивалось в тугой, болезненный узел. «Сбеги со мной, Артур. Прямо сейчас. Оставь всё это», — ее голос дрожал, едва пробиваясь сквозь лязг сцепляемых вагонов и крики носильщиков. В его голове, как заезженная пластинка, крутились одни и те же заученные, мертвые фразы. У меня есть люди, которых я должен защищать. Мне нужны деньги. У Датча есть план. Еще одно дело, Мэри. Всего одно дело. Он открыл рот, чтобы произнести эту привычную, спасительную ложь, чтобы развернуться, надвинуть шляпу на глаза и уйти обратно в грязь, в кровь, в бесконечную, бессмысленную войну с целым миром, в которой они уже давно проиграли. Но слова застрели в горле. Артур посмотрел за спину, на затянутые смогом шпили Сен-Дени. Что ждало его там? Датч, чьи глаза с каждым днем всё больше наливались лихорадочным, параноидальным блеском. Мика Белл, отравляющий лагерь своим змеиным шепотом. Пинкертоны, чья петля сжималась всё туже, не оставляя воздуха для дыхания. Он вспомнил лицо Шона Макгуайра, когда пуля снайпера разнесла ему голову в Роудсе. Он вспомнил убитого горем молодого Ленни. Он вспомнил Хозию, который всё чаще и дольше кашлял по ночам, глядя в костер пустым, потухшим взглядом человека, понимающего, что их время вышло. Они все были живыми мертвецами, упрямо скачущими навстречу собственной могиле. И Датч был их слепым поводырем. Артур перевел взгляд на свои руки. Огромные, покрытые шрамами, въевшейся грязью и ружейной смазкой. Эти…