На днях нам позвонила педиатр. Договорилась с нами о диспансеризации. Я пыталась отказа...
На днях нам позвонила педиатр. Договорилась с нами о диспансеризации. Я пыталась отказаться — придумывала любые причины, лишь бы не проходить её в тот момент, когда они предлагали. Говорила, что нам неудобно, что Данил не в форме, что лучше позже. Но она настаивала. Ей нужно поставить галочку. И в итоге я согласилась. Завтра утром, в 8 часов, к нам ворвутся врачи. Толпой. С шумом, с криками, с суетой. Каждый будет пытаться осмотреть Данила за две минуты — потому что у них ещё много детей. Но есть ещё один момент, о котором никто не думает. У нас режим. Данил просыпается в 10 часов. А завтра нам нужно встать гораздо раньше — чтобы подготовиться, чтобы успеть, чтобы встретить их. Мы сдвинем его ритм, нарушим привычный ход дня. И всё это — ради 5–7 минут осмотра, которые ничего не дадут, кроме галочки в отчёте. --- Я не против диспансеризации как таковой. Я против того, как она проходит. Когда это не про здоровье, а про отчётность. Когда врачи бегут, а ты чувствуешь себя не пациентом, а пунктом в списке. Когда твой режим никого не волнует. Но отказываться нельзя. Потому что это — система. И она не спрашивает, удобно ли нам.