Качусов Сергей, врач психотерапевт, психоаналитик, нарколог
Здоровье · 2 октября 2026 г.
Как происходят изменения в психотерапии — 2 октября 2026 г. в 03:05:49.395
Как происходят изменения в психотерапии Часть 2. Символизация. Когда переживание обретает форму Иногда человек может подробно рассказать, что произошло, но почти ничего не сказать о том, что он пережил. Есть последовательность событий, объяснения поступков, даже психологические термины. А внутри — напряжение, тяжесть или ощущение, что всё потеряло смысл. Между произошедшим и возможностью пережить его как часть собственной истории иногда требуется большая работа. Французский психоаналитик Рене Руссийон описывает её через понятие символизации: переживание получает форму, в которой его можно представить, узнать и постепенно осмыслить. Первичной символизацией он называет преобразование опыта в представление — например, в образ или игровую сцену. Вторичной — его дальнейшее связывание со словами и смыслами. Это различение помогает увидеть, сколько психической работы может стоять за простой фразой: «Теперь я понимаю, что со мной происходило». Представим условный пример. После замечания руководителя человек чувствует себя совершенно опустошённым. Он понимает, что критика была умеренной, но это знание почти не помогает. На одной из встреч появляется выражение: «Как будто меня поставили перед классом и все увидели, что я ничего не умею». У переживания возникает сцена. Теперь можно постепенно различать в нём стыд, страх разоблачения, желание заслужить одобрение. Можно спрашивать, что именно оказалось таким болезненным. Этот образ ещё предстоит исследовать: он выражает субъективное переживание и сам по себе ничего не доказывает о событиях детства. Когда переживание получает форму, с ним становится возможен внутренний разговор. Наглядный пример оставил Фрейд. Он наблюдал, как маленький ребёнок бросает катушку на нитке за край кроватки, а затем возвращает её. Исчезновение сменяется появлением. Фрейд предположил, что игра связана с переживанием ухода матери: ребёнок получает возможность активно разыгрывать то, что прежде происходило с ним помимо его воли. Это было толкование наблюдения, а не экспериментальное доказательство. Ребёнок не управляет возвращением матери. Однако у него появляется собственная сцена исчезновения и возвращения. Во взрослой терапии такую форму могут давать метафора, воспоминание, сновидение, иногда неожиданное выражение, найденное в разговоре. Руссийон подчёркивает и значение другого человека в этой работе. Возможность символизировать развивается в отношениях: имеет значение, как другой принимает, отражает и помогает переносить переживание. Поэтому терапевту порой приходится выдерживать период, когда ясного объяснения ещё нет. Предложенные слишком быстро слова могут оказаться чужими, даже если звучат убедительно. Собственное понимание часто складывается через паузы, уточнения и возвращение к одной теме. В нашем примере изменение могло бы проявиться так: человек замечает, что конкретное замечание о работе превращается для него в приговор всей личности. Он начинает различать эти два события и обсуждать их, сохраняя контакт со своим стыдом. Такая работа постепенно расширяет возможность переживать трудное, думать о нём и выбирать ответ. Источники Рене Руссийон. «Процессы символизации и уровни субъективного присвоения»: "https://reneroussillon.com/symbolisation/symbolisation-et-appropriation-subjective/" (https://reneroussillon.com/symbolisation/symbolisation-et-appropriation-subjective/) Рене Руссийон. «Символизирующая функция объекта»: "https://reneroussillon.com/symbolisation/fonction-symbolisante-de-lobjet/" (https://reneroussillon.com/symbolisation/fonction-symbolisante-de-lobjet/) Зигмунд Фрейд. «По ту сторону принципа удовольствия» (1920), раздел II: "https://www.gutenberg.org/ebooks/76031" (https://www.gutenberg.org/ebooks/76031)