Качусов Сергей, врач психотерапевт, психоаналитик, нарколог
Здоровье · 25 июля 2026 г.
Он причиняет настоящее страдание. Его необходимо лечить, а иногда психотерапию следует ... — 25 июля 2026 г. в 08:11:14.980
Он причиняет настоящее страдание. Его необходимо лечить, а иногда психотерапию следует сочетать с медикаментозной помощью. Но устранить симптом и понять человека, у которого он возник, — не всегда одна и та же задача. В психоанализе непереносимое переживание постепенно получает возможность быть пережитым рядом с другим человеком. То, что прежде ощущалось только телом, может стать чувством. То, что представлялось беспричинной тревогой, может соединиться с определёнными отношениями, воспоминаниями и ожиданиями. То, что казалось судьбой или особенностью окружающих людей, иногда обнаруживается как собственный повторяющийся способ строить отношения. Бион называл одну из функций аналитика контейнированием. Аналитик принимает то, что пациент пока не способен удержать и осмыслить, не торопится дать этому готовое объяснение, а помогает постепенно превратить невыносимое переживание в нечто, что можно почувствовать, назвать и обдумать. Но даже точного и своевременного понимания недостаточно. Фрейд называл следующую часть работы проработкой. Человек может однажды очень ясно понять причину своего страдания, а через неделю снова поступить привычным образом. Не потому, что понимание было ложным, а потому, что психика меняется медленнее, чем рождается мысль. Старый способ выживания когда-то складывался годами. Он не исчезает после одной удачной интерпретации. Поэтому в терапии мы возвращаемся к одним и тем же темам. Но каждый раз немного с другой стороны, в других обстоятельствах и с большей способностью выдерживать то, что прежде было невозможно. Иногда симптомы действительно ослабевают довольно быстро. Иногда для этого требуется значительно больше времени. Но длительность терапии сама по себе не является ни доказательством её глубины, ни оправданием отсутствия изменений. Важно время от времени вместе смотреть: становится ли человек свободнее? Улучшается ли его сон? Снижается ли тревога? Меняются ли отношения? Появляется ли способность чувствовать, мыслить и выбирать там, где раньше оставалось только автоматически повторять? Если ничего не меняется, необходимо заново осмыслять диагноз, терапевтические отношения, частоту встреч и сам метод лечения. Исторически классический психоанализ был очень интенсивной практикой. Сегодня многие пациенты встречаются с аналитиком один или два раза в неделю. Большую часть времени они продолжают жить своей обычной жизнью: работают, любят, ссорятся, растят детей, расстаются и возвращаются. Именно эта жизнь между сессиями приносится в кабинет. А то, что становится видимым в кабинете, постепенно начинает изменять жизнь за его стенами. Поэтому на вопрос «Как именно это мне поможет?» я не могу честно дать одинаковый ответ всем. Одному человеку терапия поможет перестать жить в ожидании катастрофы. Другому — заметить, почему он каждый раз выбирает отношения, в которых должен заслуживать любовь. Третьему — обнаружить собственный гнев, который прежде возвращался к нему бессонницей, тревогой или телесным напряжением. Четвёртому — впервые почувствовать, что он имеет право хотеть чего-то для себя. Психоанализ не обещает сделать жизнь безболезненной. Он не отменяет утраты, старение, расставания и человеческую зависимость от других людей. Но он может помочь человеку меньше зависеть от того в собственной истории, что до сих пор управляло им без его ведома. Возможно, самый честный ответ на первой встрече звучит так: Я пока не знаю, как именно психоанализ поможет вам. Но мы можем вместе исследовать то, что сегодня заставляет вас страдать и повторяется вопреки вашим сознательным желаниям. И если то, что прежде могло выражаться только симптомом, постепенно станет доступно чувствам, словам и мысли, у человека появится то, чего у него раньше не было. Выбор