Психотерапевт, психоаналитик, нарколог врач Качусов Сергей
Здоровье · 19 октября 2026 г.
Колобок успешно уходит от открытой угрозы. Повторяющиеся удачи могут поддерживать фанта...
Колобок успешно уходит от открытой угрозы. Повторяющиеся удачи могут поддерживать фантазию неуязвимости: если получилось раньше, получится и теперь. Но лиса предлагает другую встречу — внимание, похвалу, заинтересованность. Она занимает место восхищённого слушателя. Это особенно выразительный поворот. Другой мог бы получать удовольствие от песни Колобка, от общения, от самого его присутствия. Между ними могла бы возникнуть связь, после которой оба продолжали бы существовать. Лиса изображает такую возможность и использует её, чтобы приблизить героя. Даже ссылка на плохой слух служит этой цели: подойди ближе, дай мне лучше тебя услышать. Обещание признания заканчивается поглощением. В нашем прочтении здесь обнаруживается трудность перехода от удовольствия обладать другим к удовольствию встречаться с ним. Голос Колобка привлекает внимание, однако его отдельная жизнь так и не становится ценностью для собеседника. Почему эта история может затрагивать и детей, и взрослых? Ребёнок способен разделять удовольствие Колобка от движения, ловкости, самостоятельности. Взрослый может представлять опасности, которые тот ещё не умеет распознавать. Радость отделения встречается с тревогой утраты. Реальные опасности существуют. Самостоятельность требует опыта, поддержки и постепенного освоения мира. Одновременно взрослому предстоит переживать, что ребёнок всё больше действует по собственной воле и его жизнь выходит за пределы родительского контроля. В версии Афанасьева лиса съедает Колобка, и рассказ обрывается. Плач деда и бабки после его гибели не описан. Мы можем представить их горе, но оно будет нашим продолжением истории. Для слушающего ребёнка такой финал может стать одной из ранних символических встреч с исчезновением и необратимостью. У него могут появиться испуг, печаль, возмущение, желание изменить конец. И здесь существенно, что происходит вокруг сказки. Колобок исчезает внутри рассказа, а ребёнок и читающий ему взрослый продолжают находиться рядом. Можно задать вопрос, выразить протест, сказать, что жалко героя. Можно услышать, что другой человек переживает эту историю иначе, и продолжить разговор. В этой живой связи появляется возможность, которой Колобок в итоге не получает: его голос может быть услышан, а переживания — признаны. Возможно, поэтому знакомая детская сказка позволяет задуматься и о взрослой любви. О способности наполняться существованием дорогого человека, узнавать его, радоваться близости — и выдерживать то, что у него есть собственный голос.