📖 НАЧАЛО ИСТОРИИ
📖 НАЧАЛО ИСТОРИИ «Женщина по вторникам» Майским утром я вытянула из терминала электронной очереди талон, сфотографировала его на фоне облупленного больничного кафеля и отправила Аркадию. Аркадий Викторович, сорок два года, женат. Два года он был моим мужчиной по вторникам и изредка по пятницам. Под фото я написала, что жду его на третьем этаже до двенадцати, а в час еду к его жене, Наталье Сергеевне. Адрес я знала: однажды сама вызывала ему туда такси. Сообщение доставилось и повисло непрочитанным. В сумке у меня лежало направление на больничном бланке с расплывшимся синим штампом. До двенадцати недель, пока всё решается по полису и ничьего согласия не спрашивают, оставались считаные дни. Решить я должна была сегодня, на приёме за белой дверью с табличкой «Акушер-гинеколог». Табло над дверью пискнуло, красные цифры сменились. По привычке я прикинула очередь, как на работе прикидываю фуры под разгрузку: минут десять на человека, выходит около часа. Я начальник смены на распределительном складе, и считать чужое ожидание для меня так же естественно, как дышать. Пропуск на выдвижном шнурке болтался на кармане ветровки. Я отпросилась на полдня и забыла его снять. Я потянула пропуск на всю длину шнурка и отпустила. Щёлк. Пока он щёлкал, я думала. В коридоре пахло хлоркой, такой густой, что щипало в носу. Голубые пластиковые кресла были привинчены к полу рядами, как в аэропорту. Напротив меня девушка в пушистых бахилах чистила мандарин. Я открыла нашу переписку и полистала вверх, пока ждала. Два года там выглядели одинаково. «Жена у сестры, во вторник останусь до утра». Фотография тюльпанов у меня под дверью, без подписи. «Ты правда не хочешь замуж?» И мой ответ, отправленный, когда мне было тридцать: «Не хочу и не захочу. Не порть вечер». Он прислал смеющийся смайлик и больше ни разу не спросил. Я тоже ни о чём его не спрашивала. Первый раз мы по-настоящему поругались в марте. Он принёс серьги в бархатной коробочке, положил её на полку в прихожей и сел разуваться. — Красивые, — сказала я. — Слушай, Аркаш, а можно в следующий раз без серёг? У нас премии заморозили. Я бы лучше... — Деньгами? — Он поднял голову, так и не развязав второй шнурок. — Ну а что такого. Я же не на шубу прошу. — Регин, мы договаривались. Я не спонсор, ты не на содержании. Это подарок. — А разница какая? Серьги ты даришь, а если я их сдам в ломбард, это уже содержание? — Разница в том, что я прихожу к женщине, а не к счёту. — Очень красиво. — Я засмеялась, но вышло кисло. — А я тогда кто? Женщина по вторникам? — Ты сама так захотела. Сама, Регин. Ты мне в первый же вечер сказала: никаких «мы», никаких звонков в выходные, никаких детей и загсов. Я ещё подумал: повезло. — Я и сейчас так хочу. — Тогда откуда разговор про деньги? — Оттуда, что у меня ремонт на кухне, и в него уходят последние отложенные деньги. Первый раз за два года я тебя о чём-то прошу. — Ты не просишь. Ты прощупываешь. На тумбочке зажужжал его телефон. Экраном вверх, как всегда: Аркадий считал, что прячут телефоны только идиоты. С заставки улыбалась светловолосая женщина в соломенной панаме. Поверх неё всплыло сообщение от «Наташа»: «Уролог в четверг с утра, не отменяй опять. Я устала ходить по врачам одна». Что было дальше — целиком по кнопке.