📖 НАЧАЛО ИСТОРИИ
📖 НАЧАЛО ИСТОРИИ «Полный дом детей» Кассовый чек из ресторана моего мужа лежал в нагрудном кармане его пиджака. Два эспрессо, одно какао, время печати 01:52. Мы с Виталием прожили вместе четырнадцать лет, и его ресторан я знала наизусть: какао там варили только детям сотрудников и только до девяти вечера. Я перевернула чек. На обороте синей пастой, круглым почерком было написано: «Спасибо, что довёз. Малой уснул в машине, еле дотащила. К.». Я замерла со щёткой в поднятой руке и перечитала время печати ещё раз, как перечитывают сумму прописью. В ванной шумел душ. Виталий напевал что-то из радио, фальшиво, как всегда. На букву «К» в ресторане была одна Кристина. Двадцать один год, официантка, хвостик, обгрызенный лак на ногтях. Когда Виталий брал её на работу, он сам рассказал мне про неё за ужином: мать, отчим, трое младших братьев в двухкомнатной квартире, а у девчонки ещё и свой пацан, родила без мужа. — Надо людям помогать, Юль. Я тогда кивнула. Я работала в банке операционисткой, и помогать людям казалось мне делом хорошим, но чужим. Чек я положила обратно в тот же карман, сгибом вверх, как он и лежал. В банке документ кладут туда, откуда взяли, иначе к вечеру не сойдётся. Душ выключился. — Юль, ты серый галстук мой не видела? — На стуле, — сказала я и пошла ставить чайник. Следующие две недели я ничего не спрашивала. Только сверяла. Через неделю я заехала к нему в ресторан днём, привезла очки, которые он забыл дома. Бармен работал у Виталия ещё с первого кафе и помнил нас с ним совсем молодыми. Он дождался, пока Виталий уйдёт к поставщикам, поставил стакан на полку и сказал куда-то в сторону: — Вы бы его, Юлия Андреевна, по пятницам дома держали. А то он на Профсоюзную ездит, не на банкеты. Больше он ничего не сказал. А я больше ничего и не спросила. В банке я подняла выписку по нашему счёту. Прошлой осенью оттуда сняли триста пятьдесят тысяч. Я посчитала, что это больше пяти лет моей зарплаты, если получать по пять с половиной тысяч в месяц. Тогда, осенью, он просто сказал «плиты и вытяжка», и я порадовалась, какой у меня муж хозяйственный, о кухне думает. В пятницу он позвонил: банкет, не жди. Я доехала до Профсоюзной последним поездом и обошла три новых дома, пока не нашла его машину. Она стояла у второго подъезда. На третьем этаже горела детская ночная лампа с жёлтым абажуром. Я просидела на скамейке у песочницы до первого метро. Домой я вернулась в половине седьмого, подобрала под себя ноги в кресле и не стала снимать пальто. Виталий пришёл в восемь со свежим хлебом из ресторанной пекарни. Он не заметил ни пальто, ни меня в нём. Что было дальше — целиком по кнопке.