— Ну что, болезный? Отпустило? — усмехнулась она. — Хорошее у меня пугало вышло? Сама н...
— Ну что, болезный? Отпустило? — усмехнулась она. — Хорошее у меня пугало вышло? Сама набивала. Внутри старая телогрейка, три подушки и радио «Дача». Хотела еще гирлянду мигающую повесить, чтоб совсем красиво было. — Снимай, — глухо ответил Петрович. — Продай мне. — Чего продать? Телогрейку? — Всё продавай. Участок свой вместе с огурцами. И пугало это... экзистенциальное. Я его в гостиной посажу. Будем с ним в шахматы играть. Только водку ему не наливай, оно слишком умное становится. С тех пор Петрович больше никогда не лазил за чужой закуской. Он купил участок Семёновны, которая переехала жить к морю, и первым делом перенес пугало на самое видное место. Теперь гости, заходя во двор, сначала здороваются с чучелом в шляпе трилби, а потом ищут глазами хозяина. Говорят, если долго смотреть пугалу в глаза-дырки, можно услышать, как оно шепчет: «Предъявите огурец к досмотру...».