Я часто говорю, что я не про благость.
Я часто говорю, что я не про благость. Я работаю с тем, что человеку кажется невыносимым: болью, слабостью, страхом, ужасом, горем, потерями. Сегодня я была на лекции «Траектория жизни и судьбы в период безвременья» - и мы, по сути, много говорили примерно об этом. О том, что траектория жизни в самом общем смысле у всех одна: мы рождаемся, живём и однажды умираем. Но внутри этой траектории каждый движется в своём направлении - либо "к", либо "от". К близости или от одиночества, к здоровью или от болезни, к жизни или от смерти. И очень многое из того, что происходит по дороге, мы вообще не выбираем. Можно сколько угодно говорить о свободе воли, выборе и ответственности, но есть события, обстоятельства, потери, кризисы, которые просто становятся частью нашей жизни. И дальше с ними приходится как-то жить. Именно поэтому сейчас так важна не столько способность адаптироваться, сколько жизнестойкость. Не в смысле «соберись и терпи». А в способности выдерживать то, что происходит, не отдавая этому всю свою жизнь. В этом смысле я и становлюсь для человека тем, с кем можно разделить страшное, побыть в тяжёлых чувствах, поговорить о том, о чём трудно говорить с другими. Я не могу убрать из жизни человека боль, страх, потери или неопределённость. Но могу помочь сделать так, чтобы они не управляли человеком и не ограничивали всю его жизнь. Это очень важно, чтобы даже рядом с болью, страхом, потерей и неопределённостью в жизни всё равно оставалось место для чего-то ещё. Для отношений. Для интереса. Для выбора. Для движения. Для самой жизни. Чтобы тяжёлое было частью жизни — но не становилось всей жизнью.