Четыре страны, один рычаг за раз: как на прошлой неделе чинили антикоррупционную машину
Четыре страны, один рычаг за раз: как на прошлой неделе чинили антикоррупционную машину За 4–11 октября — четыре истории из разных стран, на первый взгляд связанные только словом «коррупция». Но вместе они дают почти учебный набор рычагов борьбы с ней в госуправлении и закупках. Китай – наказание человека. 10 октября суд в Шанцю дал экс-мэру Уханя Чжоу Сяньвану 14 лет за взятки на 60,5 млн юаней (~$9 млн за 22 года на разных должностях). Чжоу известен не этим: в 2020-м он спорил с Пекином о раскрытии данных об эпидемии. Приговор об этом не упоминает – просто чиновник с историей взяток, срок которому снизили за признание вины и возврат средств. Шри-Ланка – настройка текста закона. 8 октября парламент принял поправки к антикоррупционному закону 2023 года: устранены расхождения между версиями документа, упрощены процедуры расследования, декларации переведены в единую электронную систему. Никаких новых санкций – просто починка того, как закон работает на практике. Беларусь – два противоположных движения разом. 7 октября Генпрокурор Дмитрий Гора сообщил об отмене ежегодных деклараций чиновников (контроль их финансов отдадут отдельному госоргану) и смягчении запрета на зарубежные счета. Одновременно – о реестре компаний, уже наказанных за взятки (210 за 2025–2026 гг.), чтобы отрезать их от закупок. Контроль за чиновниками слабеет, за контрагентами – растет. Евросоюз – расширение списка инструментов сокрытия доходов. 8 октября Европарламент в рекомендациях для будущей антикоррупционной стратегии Еврокомиссии назвал криптоактивы и непрозрачные структуры владения каналом сокрытия коррупционных доходов, а не только темой антиотмывочного регулирования, и потребовал усилить надзор за закупками и грантами. Вместе – почти полный комплект: наказание людей (Китай), настройка закона (Шри-Ланка), скрининг контрагентов (Беларусь), новые объекты контроля (ЕС). А самый интересный вопрос недели Беларусь задала не специально: если контроль за чиновниками слабеет, а за компаниями-контрагентами растет – не становится ли сторона поставщика главным объектом профилактики коррупции в закупках? #Дайджест #МироваяПрактика