«В муках будешь рождать детей…» — 22 марта 2026 г. в 07:27:14.072
«В муках будешь рождать детей…» Бытие 3:16 «Никто не свидетельствует за свидетеля» Пауль Целан Эти две фразы задают поле, в котором тело женщины становится особым объектом психоаналитической психосоматики и сегодня станут темой VII Конференции Ассоциации Специалистов Психоаналитической Психосоматики, к которой я принадлежу. Тема конференции «Тело женщины». В ожидании начала, почитаем вместе текст из анонса от Аурелии Ивановны Коротецкой «…Библейский текст говорит не о наказании и не о морали, а о необходимости, проходящей через тело, о длительном вынесении, которое не принимает форму события или конфликта, а переживается как напряжение, растянутое во времени. Формула Пауля Целана указывает на предел этого вынесения: существует опыт, для которого не находится свидетеля, кроме самого тела. Между необходимостью и отсутствием адресата и разворачивается особая судьба женского тела. Говорить о теле женщины отдельно необходимо не из-за анатомических различий и не вследствие культурных образов женственности. Речь идёт о специфической психической экономии, в которой женское тело чаще других оказывается вовлечено в процессы возбуждения, переживаемые не как конфликт, а как длительное напряжение, которое приходится выдерживать. Цикличность, возможность беременности, вынашивание, роды, утраты, гормональные изменения требуют не вспышки психической реакции, а устойчивой способности связывать напряжение во времени. Именно здесь возникает риск соматизации. Как писал Мишель Фэн, «соматизация появляется там, где мышление отсутствует, а не там, где оно вытеснено». Соматическое расстройство возникает не как выражение конфликта, а как следствие дефицита психической работы. Женское тело особенно часто оказывается в этой зоне, поскольку на него возлагается необходимость выдерживать – без паузы, без возможности отступления и нередко без адресата. В этом контексте симптом не является посланием. Мишель де М’Юзан формулировал это предельно ясно: «Тело — это не сцена конфликта, а место его обрушения». Там, где психическая сцена не может быть развернута, тело принимает на себя последствия этого разрыва, не превращая их в символ и не оформляя их в нарратив. Особая уязвимость женского тела связана также с тем, что оно часто функционирует для другого: для продолжения жизни, для заботы, для поддержания связей. Эта направленность усиливает оператуарный режим психической организации, в котором адаптация и надёжность постепенно подменяют внутренний диалог. В таких условиях эротическое тело – тело, способное удерживать возбуждение, связывать его с объектом и переносить во времени – оказывается под угрозой. Кристиан Давид описывал этот процесс как деэротизацию: тело перестаёт быть телом желания и становится телом выживания. Клод Смаджа уточнял экономическое измерение этого сдвига, отмечая: «В психосоматических организациях тело принимает на себя ту экономическую функцию, которую психическая жизнь больше не может выполнять». Тело продолжает – вместо психики. Вклад Андре Грина позволяет понять, как оформляется это отступление психической жизни. Его концепция «белого» указывает не на вытесненное содержание, а на пустоту психической сцены, на гашение возбуждения ещё до того, как оно может быть связано, пережито и превращено в мысль. Женское тело в таких условиях становится местом этого гашения – молчаливым и истощающим. Юлия Кристева подчёркивала пограничный статус материнского тела, называя его «предельным местом, расположенным на границе высказываемого». Эта пограничность между психическим и доязыковым делает женское тело особенно уязвимым к соматическим формам несвязанного. Т.о., тело женщины в психоаналитической психосоматике предстает как тело предела: между психическим и соматическим, между возможностью связывать и необходимостью разряжать, между эротическим телом и телом выживания. Оно заболевает не тогда, когда конфликт слишком интенсивен, а тогда, когда конфликт невозможен; не тогда, когда вытеснение терпит неудачу, а тогда, когда нечему вытеснять».