Мужчина, которого она любила больше собственной жизни, оказался не невинной жертвой вла... — 4 сентября 2026 г. в 09:25:51.141
Мужчина, которого она любила больше собственной жизни, оказался не невинной жертвой властной матери, а её полноправным соучастником. Она начала медленно пятиться назад, но ноги её не слушались и подкашивались. В темноте коридора она случайно задела краем платья небольшой столик, на котором горничная оставила злополучную коробку с тортом. Тяжёлый картон соскользнул с полированной поверхности и с глухим, зловещим стуком рухнул на пол. Крышка с грохотом отлетела в сторону, а хрупкое шоколадное кружево превратилось в бесформенную кашу, смешавшись с раздавленными ягодами, оставляя на ковре липкое тёмное пятно. Звук падения заставил мать и сына резко обернуться. Аля стояла в дверном проёме, и по её бледным щекам уже текли безудержные слёзы отчаяния и боли. — Это правда? — спросила она, и голос её сорвался на хриплый шёпот. Артём заметно побледнел, сделал к ней шаг, но тут же замер, словно наткнулся на невидимую стену, не решаясь приблизиться. Он просто стоял и молчал, отводя взгляд в сторону. — Ты знал? — Аля вцепилась побелевшими пальцами в дверной косяк, чтобы не упасть от внезапной слабости, охватившей всё тело. — Скажи мне, что всё это неправда, что я просто ослышалась. Он продолжал молчать, и его отведённый в сторону взгляд говорил громче любых слов. В нём не было раскаяния, только страх быть разоблачённым. — Ты знал с самого начала, — выдохнула она, и в этой короткой фразе сконцентрировалась вся боль преданного и растоптанного человека, который потерял последнюю надежду. Артём сглотнул комок в горле и опустил плечи, словно сбрасывая с себя груз притворства. — Да, знал, — выдавил он наконец. Одного этого короткого слова хватило, чтобы стереть в порошок все её надежды и мечты о счастливом будущем. Аля смотрела на него широко распахнутыми глазами, полными ужаса и непонимания, силясь найти в его лице хоть каплю того человека, которого она полюбила. — За что? За что ты так со мной поступил? — выкрикнула она, и голос её сорвался на отчаянный крик. — Послушай, я могу всё объяснить, — забормотал он, лихорадочно подбирая слова и пытаясь оправдаться. — У меня просто не было выбора. Мать поставила мне условия: либо я соглашаюсь на сделку, и мы сохраняем контроль над бизнесом, либо холдинг теряет финансирование Василевского, и мы просто обанкротимся. Свадьба с Вероникой — это всего лишь фикция, деловой проект. Я же думал, что смогу всё исправить позже, когда улягутся страсти. — Исправить? — Аля горько усмехнулась, чувствуя, как боль постепенно трансформируется в ясность. — Ты заранее решил, что имеешь право распоряжаться моей жизнью и жизнью моего ребёнка, как будто мы просто актив вашей компании, который можно использовать и выбросить. Регина Геннадьевна, поняв, что маски окончательно сброшены, перестала изображать гостеприимную хозяйку. Спектакль был окончен, и теперь начинались самые настоящие деловые переговоры с оттенком шантажа. Она прошла к сейфу, набрала код и достала плотную папку, которую затем с громким стуком бросила на стол перед собой. — Прекрати эту истерику, Аля, — заявила она ледяным тоном, переходя на официальный язык. — Давай посмотрим на вещи трезво. Здесь прописана щедрая сумма компенсации за твои услуги. После рождения ребёнка ты отказываешься от любых претензий на Артёма и на малыша, а взамен получаешь достаточно денег, чтобы больше никогда ни в чём не нуждаться. Сможешь купить себе квартиру, начать новую жизнь и забыть о нас. Следующая часть — завтра ПЕРЕЙТИ К НАЧАЛУ ПЕРВОЙ ЧАСТИ РАССКАЗА