— Галина Петровна, — Лариса вернула фотографию. — Я не буду вас так стричь. Уберите ден... — 4 октября 2026 г. в 08:32:38.333
— Галина Петровна, — Лариса вернула фотографию. — Я не буду вас так стричь. Уберите деньги. Мы вымоем вам голову с хорошим бальзамом. Я сделаю лёгкую освежающую стрижку, сохраню длину и уложу, а вы пойдёте домой и приготовите мужу вкусный ужин. А через неделю, если всё ещё захотите эту прядь, придёте, и я сделаю её бесплатно. Договорились? В глазах клиентки мелькнуло сопротивление, но спокойная, обволакивающая уверенность Ларисы взяла верх. Галина Петровна обречённо кивнула. Работа заняла сорок минут. Лариса действовала на автомате, пока мысли неслись со скоростью курьерского поезда. «Неужели этот Борис — её отец? Тот, из-за кого мама плакала по ночам, когда думала, что маленькая Лара спит?» Когда Галина Петровна посмотрела в зеркало, она ахнула. Оттуда на неё смотрела ухоженная, элегантная женщина с благородной волной волос. — Боже мой, — прошептала она. — Я на десять лет помолодела. — Вот такой вы и должны быть для своего супруга, — Лариса слабо улыбнулась. — А не чужой копией. Любят ведь не за прядь. Любят за то, что вы сорок четыре года рядом. Клиентка расплатилась, горячо поблагодарила и вышла. Лариса провожала её взглядом из окна. Пожилая женщина спустилась с крыльца, сделала два шага по тротуару и вдруг её повело. Она неловко взмахнула руками и тяжело осела на мокрый асфальт. — Господи! Лариса выскочила на улицу, забыв накинуть куртку. Галина Петровна была в сознании, но лицо её стало мертвенно-бледным. — Голова что-то закружилась, — прошептала она, хватая Ларису за руку. Прямо напротив салона находилась районная поликлиника, куда Лариса сама иногда забегала за справками для сына. Лариса бросилась через дорогу и влетела в стеклянные двери. — Врача! Там на улице женщине плохо! Из кабинета на первом этаже тут же вышел высокий широкоплечий мужчина в накинутом поверх свитера белом халате. На вид ему было лет пятьдесят. Коротко стриженные тёмные волосы густо тронула седина. В серых глазах читалось абсолютное спокойствие. Он молча подхватил медицинский чемоданчик. Врач опустился перед Галиной Петровной на корточки, прощупал пульс, достал тонометр. — Давление низковато. Вы завтракали сегодня? — голос у него был густой, ровный. — Только чай попила, перенервничала очень, — виновато пробормотала Галина. — Понятно. Стресс плюс гипогликемия. Сейчас проводим вас в тепло и дадим сладкого чаю. Они вдвоём завели женщину в салон. Лариса быстро заварила чай с тремя ложками сахара. Врач, представившийся Андреем Петровичем Савельевым, участковым терапевтом, сидел рядом с пациенткой, пока к ней не вернулся цвет лица. Потом он сам позвонил её зятю. Через сорок минут перепуганный мужчина забрал тёщу, рассыпаясь в благодарностях. — Вы не растерялись. Молодец, — сказал Андрей Петрович, собирая чемоданчик. — Это редкость. Обычно люди начинают паниковать или, что хуже, сами пытаются лечить. У меня дочь подросток, и я знаю, как бывает. Лариса нервно поправила волосы. — Так что я давно разучилась паниковать. Спасибо вам огромное, Андрей Петрович. — Просто Андрей. Он улыбнулся, и его строгое лицо вдруг стало удивительно тёплым. — Вы здесь работаете? — Хозяйка этого салона. Лариса. Для своих — Лара.