Ночной ведущей позвонил человек, который поджёг старый кинотеатр. До рекламной паузы ос...
Ночной ведущей позвонил человек, который поджёг старый кинотеатр. До рекламной паузы оставалось три минуты, а за стеной продюсер уже тянулся к кнопке отключения После полуночи на радио звонят либо одинокие, либо пьяные. Нина научилась различать их по первому вдоху. У этого слушателя дыхание было ровным. — Я поджёг «Мир», — сказал он. Старый кинотеатр на окраине пустовал восемь лет. Нина взглянула на продюсера Мишу: до рекламы оставалось три минуты. — Вы рядом? — Неважно. Там никого нет. За голосом прокатился металлический гул, потом прозвучали три удара. Нина узнала шлагбаум товарной станции в двухстах метрах от кинотеатра. — Не звоните пожарным. Пусть догорит. Станция принадлежала холдингу «Северный квартал», судившемуся с защитниками «Мира». Утром должна была выйти реклама его жилого комплекса. — Вызови пожарных, — сказала Нина. — Нас закроют. — Тогда закроют с работающим телефоном. — Почему вы позвонили нам? — Потому что вы вчера сказали: городу иногда полезно потерять лишнее. Сергей повторил, что внутри пусто. — Нет. Там ночует сторож, Борис Петрович. Имя она придумала: сторожа в «Мире» не было. Сергей выругался и отнял телефон ото рта. — Ты говорил, проверили, — донеслось в трубке. — Клади трубку, — ответил второй голос. — Если внутри человек, назовите вход, — сказала Нина. — Служебный, со двора. Канистра у сцены. Я только открыл ворота. Второй мужчина произнёс: «Эфир закончен». Линия оборвалась, оставалось одиннадцать секунд. Миша открыл микрофон Нине: — Мы прерываем программу. Если вы рядом с «Миром», отойдите и позвоните пожарным. Внутри могут быть люди. Затем он вывел запись звонка. Через четыре минуты приехали пожарные. Они нашли открытые ворота, следы горючего и двоих мужчин, пытавшихся выбраться через боковой проход. Сергей ждал у станции. Его наняли открыть ворота и не пускать свидетелей. Он понял, что пожар должен выглядеть случайностью, а вместе с кинотеатром исчезнут документы, мешавшие сносу. Технический адрес записи вёл к серверу рекламного агентства, обслуживавшего радиостанцию и холдинг. На следующий вечер Нину не пустили в студию. Генеральный предложил отпуск. — Ты всё сделала правильно как человек, но ведущий не должен фабриковать сторожа в эфире. — Без этой выдумки Сергей не назвал бы вход. — А если бы пожарные вошли за несуществующим сторожем и кто-то погиб? Возразить было нечем. Удачная ложь оставалась ложью, просто последствия оказались милосерднее возможных. Нина подписала объяснительную, описав услышанное и намеренную выдумку. Миша добавил журнал переключений. Копии они отправили следователю и в профсоюз. Через три дня экспертиза архитектора Озерова доказала в суде: кинотеатр можно восстановить, а заключение об аварийности составили по фотографиям другого корпуса. Подписавший его эксперт признался, что здания не осматривал и получил материалы от девелопера. Запись не доказала заказ поджога, зато камеры сняли машину координатора. Её арендовало агентство на имя заместителя директора. Холдинг отрицал связь, но разрешение на снос приостановили. Радиостанция замолчала на две ночи. На третью Миша позвонил Нине. — У тебя смена через час. — Меня уволили? — Пока только запретили импровизировать. Она вернулась в студию. Новая инструкция требовала отключать звонок о преступлении и передавать данные службам. Нина попросила семисекундную задержку и кнопку связи с дежурным. Генеральный согласился. Первым позвонил мужчина с бессонницей, вторым — жаловавшийся на трамваи. Ни один разговор не требовал мужества. Под утро к ограде «Мира» пришли люди. Они приносили старые радиоприёмники и ставили их на тротуар — молча, без митинга. На десятках шкал горела одна частота. Нина не рассказала об этом в эфире. Она объявила точное время. До следующей рекламы оставалось три минуты. Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!