Кроме того, почти всегда существует такая закономерность: интеллект у ребёнка связан с ... — 21 июня 2026 г. в 09:41:28.141
Кроме того, почти всегда существует такая закономерность: интеллект у ребёнка связан с определёнными – небольшими или значительными – проблемами социализации, то есть соблюдается некий баланс. Если ребёнок развит в чём-то одном, то в другом он, как правило, будет развит меньше. На это имеется множество своих причин, но редко бывает так, чтобы ребёнок был одновременно и сверхобщительным, и сверхпопулярным, и при этом суперинтеллектуальным и талантливым. Обычно всё же существует баланс. Таким образом, эта странность создаёт дополнительную причину для того, чтобы дети отвергали того ребёнка, которого учителя, воспитатели и другие взрослые ставят выше в иерархии и приводят в пример. В каком-то смысле это работает как ревность. Несмотря на то, что подростки могут внешне презирать родителей и воспитателей, акцентированно их обесценивать, всё равно сохраняется внутреннее уважение и признание авторитета и силы, поэтому мнение воспитателя остаётся важным. И если признают кого-то другого, а не тебя, это причиняет ребёнку душевную боль. Однако если складывается ситуация, при которой предыдущее поколение в целом себя дискредитировало, то есть в текущем моменте выглядит смешным и жалким на интуитивном уровне, то его авторитет уменьшается. Детям постепенно становится безразлично, что думают взрослые; они не просто отвергают это мнение и борются с ним – оно делается для них попросту неважным. Парадоксальным образом в такой атмосфере может возникнуть предрасположенность к тому, что действительно имеющиеся интеллектуальные особенности и успехи сами по себе становятся скорее плюсом: они перестают быть поводом для отвержения через зависть к признанию от старших поколений, потому что само это признание обесценено. Ко всему этому примешиваются и другие разнообразные факторы, связанные, например, с инфраструктурными особенностями общества. Появление соцсетей и интернета компенсирует недостаточную социализированность тех самых интеллектуальных детей, и их инаковость может выражаться слабее. Кроме того, появляются и распространяются техники оправдания собственной странности: люди постепенно находят через друг друга способы, как оправдать свои недостатки и определённые «недоразвитости». Стигматизация исчезает, в том числе благодаря терапевтическим и психологическим практикам и приёмам, которые, в свою очередь, получают распространение за счёт наличия той самой неопределённости, кризиса и новых культурных и социальных сдвигов, а также парадоксальным образом возникающей через интернет атомизации общества. То есть примешивается дополнительный фактор, опять же связанный с текущей ситуацией, но действующий иначе. Таким образом, получается, что глобальные тренды действительно влияют, но влияют они в комплексе с огромным количеством других факторов: инфраструктура, особенности реакций разных людей и разных поколений на одни и те же условия, а также последствия этих реакций. Всё это связывается в странные клубки и узлы и вызывает неочевидные последствия. Это работает по принципу теории хаоса, подобно тому самому эффекту бабочки, где малые изменения через умножение последствий вызывают совершенно непредсказуемые перемены. Всё это может быть связано со множеством переплетающихся и сменяющих друг друга мотиваций. Допустим, началось всё с вопроса о том, как решить собственные проблемы. В ходе поисков человек натыкается на ответы, которые вызывают в нём огромное удивление, и это удивление настолько перевешивает всё остальное, что он забывает про исходные проблемы и находит для себя новый путь для деятельности и построения жизни – через это самое удивление. То есть начинал он с одного, но в ходе поисков натолкнулся на нечто, что изменило его курс; он начал двигаться в совершенно другом направлении, движимый иной мотивацией. У него формируется другое мышление, он сам изменился, перерос прежние проблемы, и они уже не важны для него, не требуют решения. А то, как он развился, породило в нём новые потребности и новые вызовы. Это всё работает очень

