И здесь же скрывается второй парадокс: когда человек избавляется от острых дефицитов и ...
И здесь же скрывается второй парадокс: когда человек избавляется от острых дефицитов и входит в состояние относительной гармонии, его эмоции становятся тише. Ощущения притупляются. Еда перестаёт быть праздником, отношения теряют накал, успехи не вызывают головокружения. У этого есть своя логика. Сильный голод делает насыщение ярким, но платой за эту яркость является боль самого голода. Есть такая расхожая идея о том, что человек делает себе больно, чтобы почувствовать, что он все еще жив. Но что если это все облагороженная интерпретация? Что если это на самом деле позиция не того, кто стоически переживает какой-то дефицит, а позиция наркомана, который хочет дозу? Тут же можно вспомнить осознанное самоограничение как способ вернуть яркость желаниям. Но только вот добровольное ограничение отличается от вынужденного дефицита так же, как игра отличается от войны. Здесь как с христианским «подставь вторую щеку» - есть очень большая разница между волевым решением так поступить, когда есть возможность ответить, и ситуацией, где это делается из страха и бессилия. Представьте двух людей. Один питается сбалансированно, вовремя, хорошими продуктами. Он почти никогда не испытывает острого голода. Когда он ест, ему приятно, но это не взрыв. Другой ест хаотично, иногда переедает, иногда по два дня голодает. Его голод временами становится невыносимым, заполняет всё сознание, а когда он наконец ест, пища кажется невероятно вкусной. Второй получает более яркие переживания, но платит за это здоровьем и страданиями. Дефицит всегда воспринимается ярче, чем избыток. Это жизнь наркомана наоборот: обычный наркоман получает удовольствие и потом платит за него страданием, дезадаптированный человек в нужде страдает и иногда получает вызывающее эйфорию облегчение. Чаще всего эти два механизма сплетаются, становятся частью единого процесса в жизни одного человека. И дело тут не в самой нужде, а в дезадаптации. Что-то в личности - естественное, неподвластное воле напрямую – цепляется за мир, как мизинец за ножку тумбочки, постоянно причиняя боль. Выход в том, чтобы это перерасти, достичь той плоскости жизни, в которой проблема оказывается несущественной, а не решенной.