**Конституционный Суд РФ постановил, что участие государства в коммерческой организации... — 29 июня 2026 г. в 13:29:05.841
**Конституционный Суд РФ постановил, что участие государства в коммерческой организации не делает мошенничество против нее более тяжким преступлением** 29 июня 2026 года Конституционный Суд РФ принял Постановление № 43-П по делу, рассмотренному в соответствии со статьей 47.1 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации». Дело о проверке конституционности статьи 159 Уголовного кодекса РФ рассмотрено по жалобе гражданина С.Н. Шеврюкова. История вопроса Сергей Шеврюков, будучи генеральным директором ООО «МонтажЭлектроСпецСервис», заключил соглашение с ПАО «Сахалинэнерго», по которому обязался в качестве подрядчика выполнить, в частности, замену кабеля между двумя трансформаторными подстанциями. Однако он создал видимость исполнения работы в полном объеме, оставив старый кабель под землей и присоединив к его концам фрагменты нового, после чего утвердил и представил документацию с ложными сведениями. Таким образом, у акционерного общества было похищено более двух миллионов рублей. Приговором Сахалинского городского суда от 15 мая 2023 года заявитель был осужден к четырем годам лишения свободы условно на основе части четвертой ст. 159 УК РФ за мошенничество в особо крупном размере с использованием своего служебного положения. Защита просила квалифицировать содеянное по менее строгой норме – по части пятой той же статьи, устанавливающей ответственность за преступления, сопряженные с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности. Отвергая доводы защиты, суд указал, что учредителем ПАО «Сахалинэнерго» выступает Комитет по управлению государственным имуществом Сахалинской области, а государство – его акционер. Позиция Суда Уголовная ответственность за посягательство на собственность субъектов предпринимательской деятельности может считаться законно установленной и отвечающей Конституции РФ при соблюдении ряда условий. Она должна учитывать специфику предпринимательской деятельности и быть адекватна общественной опасности преступления, чьи признаки, отграничивающие его от иных противоправных деяний, ясно и четко сформулированы в уголовном законе, непротиворечиво встроенном в общую систему регулирования, и при гарантиях свободы экономической деятельности и равной защиты всех форм собственности. В примечании к оспариваемой норме установлено, что «специальные» (привилегированные или так называемые предпринимательские) составы из части пятой – седьмой распространяются на случаи преднамеренного неисполнения договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации. Какие-либо изъятия для организаций, учрежденных публично-правовыми образованиями, в законе отсутствуют, хотя законодатель был вправе их установить. Такой подход, с учетом взаимосвязанности уголовного и гражданского права в общей системе регулирования, предполагает равную охрану от посягательств на имущество любых коммерческих организаций. Это опирается на положение Конституции РФ, по которому признаются и защищаются равным образом все формы собственности. Иной подход, встречающийся в практике, нарушает принципы справедливости и правовой определенности. Он, вопреки принципу nullum crimen sine lege («нет преступления без указания о том в законе»), позволяет квалифицировать как уголовное преступление даже такое деяние, которое при сумме ущерба менее 250 тысяч рублей не является уголовно наказуемым. Обжалуемая норма не соответствует Конституции РФ, так как она позволяет не квалифицировать преступное деяние как мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, ввиду лишь того факта, что потерпевшей является коммерческая организация, учредителем (участником) которой является Российская Федерация, ее субъект, федеральная территория или муниципальное образование.