— Мало ли кто мне пишет, — зевнул муж. Я подала на развод, а свёкор меня поддержал
— Мало ли кто мне пишет, — зевнул муж. Я подала на развод, а свёкор меня поддержал — Твоя куртка висит в коридоре, — чеканя каждое слово, произнесла Полина. — Ты в своем уме? — усмехнулся Денис. Он даже не оторвал взгляд от телефона. Сидел на кожаном диване. Диване, за который Полина два года назад отдала сто двадцать тысяч рублей из своих декретных. — Я нашла переписку, — тихо сказала она. — И что? — он лениво зевнул. — Мало ли кто мне пишет. Полина бросила на стеклянный столик распечатку. Три страницы плотного текста. Детализации. Адреса отелей. — Восемь месяцев, — голос Полины дрогнул. — Ты врал мне восемь месяцев! Из кухни выплыла свекровь. Зинаида Павловна. Как всегда в шелковом халате и с безупречной укладкой. — Полечка, ну что ты кричишь? — притворно вздохнула она. — Ваш сын мне изменяет! — выкрикнула Полина. — Мужчинам свойственно оступаться, — процедила свекровь. — А вот истерички никому не нужны. Тем более с прицепом. Полина задохнулась от возмущения. Прицеп? Ее родному сыну, Пашке, было всего четыре года. — Собирай вещи, — холодно бросил Денис. — Квартира моя. Добрачная. — А ремонт? — Полина вцепилась побелевшими пальцами в спинку стула. — Я вложила в эти стены восемьсот тысяч! Мои накопления! — Докажи, — хмыкнул муж. Зинаида Павловна довольно улыбнулась. Она давно ждала этого момента. Ненавидела невестку с первого дня. В углу гостиной, в старом кресле, сидел свекор. Борис Сергеевич. Он молчал. Тяжело опирался сухими руками на трость. Смотрел в пол. — Вы же знаете, как все было! — Полина обернулась к нему. — Скажите им! Свекор поднял глаза. В них стояли слезы. Он открыл рот, но Зинаида Павловна тут же рявкнула: — Молчи, старый! Тебя не спрашивают! Борис Сергеевич сглотнул и снова опустил голову. Полина поняла: защиты не будет. Никто не заступится. Она бросилась в спальню. Кидала вещи в спортивную сумку. Слезы застилали глаза. Семь лет брака. Все коту под хвост!…