— Жрать будешь? — спросил муж. Утром я подала на развод, а свекровь неожиданно меня под...
— Жрать будешь? — спросил муж. Утром я подала на развод, а свекровь неожиданно меня поддержала Бумажный конверт выпал из почтового ящика. Белый. С красной полосой. Я надорвала край прямо на лестничной клетке. Внутри лист. Печать банка. И цифра. 1 850 000 рублей. Долг по кредиту. Мой муж оформил его под залог нашей дачи. Ноги стали ватными. Ступеньки поплыли. Я присела на грязный подоконник между этажами. Краска на дереве облупилась. Один миллион восемьсот пятьдесят тысяч. Одиннадцать лет брака. Я копила на ремонт. Покупала продукты по желтым ценникам. Ездила на автобусе. А мой Иван заложил дачу. Ту самую, которую мы строили вместе. Я вставила ключ в замок. Щелчок. Дверь поддалась. В квартире пахло жареной картошкой. На плите шипела сковородка. Ванька сидел за столом. Листал ленту в телефоне. Услышал шаги. Не поднял глаз. — Жрать будешь? — спросил он. — Что это? — я бросила скомканный лист на стол. Прямо рядом с его тарелкой. Иван медленно дожевал кусок. Сдвинул брови. Взял бумажку жирными пальцами. Разгладил на клеенке. — А. Это, — он усмехнулся. — Уведомление пришло. Быстро они. — Какой кредит, Ваня? На что? — На дело, Лена. На бизнес. Я вложился в крипту. Токены новые вышли. Тебе не понять. Ты же у нас только копейки считать умеешь. Чашка выскользнула из моих рук. Ударилась о край раковины. Осколки разлетелись по линолеуму. — Дачу? Ты заложил дачу?! Мы ее строили пять лет! Я спину сорвала на этих грядках! — Успокойся, — процедил Иван. — Не ори. Подниму бабла — выкуплю обратно. А пока придется потерпеть. Платеж там всего сорок тысяч в месяц. — У тебя зарплата пятьдесят! — Ну так ты работаешь. Твоя сотка куда уходит? Будешь помогать. Семья же. Я смотрела на него. На крошки хлеба на его подбородке. На засаленную футболку. Мой муж. Мой Ванюша. — Я не дам ни копейки. — Дашь, — он резко встал, стул скрипнул по полу. — Куда ты денешься, Ленка? По…