— Скрывай развод, пока папа не переведет деньги, — потребовал муж. В тот же вечер я выс...
— Скрывай развод, пока папа не переведет деньги, — потребовал муж. В тот же вечер я выставила его вещи — Я подал на развод, — Денис аккуратно положил на кухонный стол синюю пластиковую папку. — Интересно, — Катя не отложила нож, продолжая нарезать огурец. — Но твои родители об этом знать не должны, — он сел напротив, скрестив руки на груди. — По крайней мере, до октября. Катя подняла глаза. На календаре был конец апреля. — Пять месяцев? — она усмехнулась. — Предлагаешь мне играть счастливую жену на маминых юбилеях и папиных рыбалках? Ради чего, Дэн? — Ради трех с половиной миллионов рублей, — холодно отчеканил Денис. Нож звякнул о стеклянную доску. Катя замерла. Три с половиной миллиона — это ровно та сумма, которую ее отец, Павел Иванович, обещал перевести им на следующей неделе. Деньги предназначались для покупки участка загородом. Для «молодой семьи». — Ты в своем уме? — Катя вытерла руки полотенцем. — Папа дает эти деньги нам. Нам, Денис. — Твой отец дает их на перспективу, — процедил муж. — А перспективы у меня отличные. Я заслужил этот старт-ап капитал. Я четыре года терпел твои истерики и кислую мину. Катя молча смотрела на человека, с которым делила постель. Четыре года брака. Никаких измен. Никаких скандалов. Просто однажды он заявил, что перерос эти отношения. — То есть, ты хочешь забрать папины деньги, открыть на них свой бизнес и свалить в закат? — уточнила она. — Это компенсация, — он пожал плечами. — Твои предки даже не заметят убытка. А для меня это путевка в жизнь. Если ты откроешь рот и сорвешь сделку — я пущу эту квартиру с молотка. Квартира была куплена в ипотеку. Платили поровну. Но оформлена в равных долях. — Ты будешь улыбаться и кивать, Катя, или пойдешь жить на теплотрассу. Входная дверь хлопнула. Денис ушел. Катя осталась стоять посреди кухни с куском огурца в руке. На следующий день телефон разрывался с самого утра. Три пропущенных…