Каждое утро ровно в шесть мне звонит Марк. У него в Пекине уже полдень. У меня ещё ни о...
Каждое утро ровно в шесть мне звонит Марк. У него в Пекине уже полдень. У меня ещё ни одной человеческой мысли. Он за это время успел прожить маленькую жизнь и теперь пытается уложить её в мою последнюю фазу сна. Я включаю громкую связь и слушаю его одним ухом. Второе на международный созвон не записывалось. Сначала Марк говорит по-русски. Потом в разговоре появляются бэкграунд, вокабуляр, высокие регистры, селфмейд-вумен, какие-то кью и кэрри-кланы. В какой-то момент он забывает, что разговаривает с родной матерью, а не выступает на политических дебатах. На словах «высокие регистры» я обычно выныриваю из глубокой фазы сна. «Марк, говори по-русски». «Мам, я и говорю». И добивает меня вокабуляром. Потом на громкую связь выходят династии Хань и Тан. Марк подробно объясняет, почему они противостояли друг другу. Я лежу с закрытыми глазами и пытаюсь понять, зачем меня подключили к урегулированию этого конфликта в шесть утра. Видимо, больше некому. Через пару минут я снова проваливаюсь в сон. Там уже китайские сады, сокровища императора и среди всего этого почему-то аккумулятор. Наверное, одно из Марковых слов было созвучно. Мозг перевёл как смог и ушёл спать дальше. В конце Марк вдруг спохватывается: «Ну ладно, мам, ты там, наверное, спишь. У вас же там шесть часов утра». И отключается. Я остаюсь досыпать с династиями Хань и Тан, китайским императором и аккумулятором.