Юлия Улиткина · ЛИТЕРАТУРА · профильные школы · ЕГЭ · олимпиады
Образование · 17 августа 2026 г.
ДЛИННОЕ ТИРЕ КАК ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ УЛИКА — 17 августа 2026 г. в 17:00:05.392
ДЛИННОЕ ТИРЕ КАК ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ УЛИКА Первым меня насторожило длинное тире. Начало октября, самый старт подготовки к ЕГЭ – а ученица (назовем ее для конспирации Лида) присылает сочинения почти безупречные. Ни орфографических ошибок, ни речевых, ни привычной детской синтаксической самодеятельности. Абзацы гладкие, термины на месте, цитаты встроены идеально. Ну вот, например, фрагмент большого сочинения – задания 11: «Противопоставление проявляется как на лексическом, так и на синтаксическом уровне, через бессоюзие и лексический повтор отрицаний в первой части и многосоюзие и синтаксический параллелизм в последней». Следите за руками. В одном предложении – антитеза, бессоюзие, многосоюзие, синтаксический параллелизм и лексический повтор. Следующее предложение было столь же прекрасно: «Словосочетание «гений чистой красоты», заимствованное у Жуковского, у Пушкина приобретает реалистическую перспективу, относясь к реальной женщине, но при этом возвышая её до неземного существа». В нем было все – и Жуковский, и Пушкин, и даже загадочная «реалистическая перспектива». Не было только ответа на вопрос. Своеобразие любовной лирики Пушкина объяснялось «возвышением чувства», что при некотором старании можно сказать почти о любом любовном стихотворении. Термины стояли плотно, но ничего не доказывали. Цитаты из «К***» были приведены верно, однако из разбора так и не становилось понятно, что любовь у Пушкина возвращает герою не только возлюбленную, но и саму способность чувствовать, жить и творить. А потом я заметила тире. Роскошное, длинное, типографское. Через строчку стоял обычный дефис. Само по себе тире, конечно, никого не разоблачает. Но смена типографических привычек внутри одного абзаца выглядела любопытно. На уроке на смену любопытству пришла уверенность. Девочке пришлось писать самостоятельно, и в результате исчезли не только длинные тире. Исчезли тезисы, логические связи, плотно набитый терминами литературоведческий патронташ и удачно подобранные цитаты. Это был провал. Вот что изменилось в подготовке к ЕГЭ по литературе после появления общедоступного ИИ. Хорошо написанное сочинение больше не доказывает, что ребенок умеет думать. До эры нейросетей плохое домашнее сочинение приносило преподавателю некоторую пользу. По нему было видно, где именно ребенок не тянет: не понял вопрос, подменил анализ пересказом, не сумел сформулировать тезис, подобрал не ту цитату или неправильно оформил ее. Теперь нейросеть прикрывает все эти пробелы гладким стеклом псевдоанализа. И преподаватель получает не работу ученика, а аккуратно оформленный и терминологически припудренный текстовый трупик. Такие сочинения я теперь узнаю довольно быстро. Тезис слишком общий. Цитаты приведены, но их смысл не раскрыт. Термины употреблены приблизительно. Многословные пустые фразы не развивают мысль. Да и мысли-то нет. Я стала давать ученикам для разбора вот такие сочинения нового типа – не безграмотные, а безупречно гладкие, но безжизненные. Они напоминают мне Олимпию из гофмановского «Песочного человека»: она похожа на живую девушку, но не человек. Такой разбор очень помогает увидеть масштаб бедствия и перестать выдавать куклу за живое дитя. Как быть? Начинать все сначала. С базовых заданий 4 и 9: анализировать эпизод и стихотворение. Именно там отрабатывается основная единица любого анализа: тезис, пример из текста, пояснение. Теперь мне недостаточно получить готовое сочинение. Я хочу увидеть, как оно сделано: каким образом рождается текст и может ли условная Лида объяснить собственную цитату. … И когда Лида написала ответ сама – от руки, с исправлениями, зачеркнутыми строчками и очевидными следами самостоятельной работы, – это был совсем другой ответ. Он был прост. В нем не оказалось ни «реалистической перспективы», ни многосоюзия, пришедшего поддержать синтаксический параллелизм. В нем появилась мысль. Кстати, длинного тире в самостоятельной работе тоже не было. Что, впрочем, было уже неважно.