Мусорный ветер Петербурга.
Мусорный ветер Петербурга. Часть 1. В четверг #ЛюбовькПетербургу вместе с содружеством гидов Петербурга отправится на мусороперерабатывающий завод изучать, как же сейчас город решает проблему отходов. Вчера в сторис я спросила у вас, дорогие подписчики, интересна ли вам эта тема, и получила множество откликов. Но так как до четверга ещё пара дней, поговорим сначала об истории мусора и свалок в Петербурге. Сегодня заглянем в XVIII век. XVIII век: когда мусор стал государственным делом Если бы вы спросили петербуржца XVIII века, где находится ближайшая свалка, он, скорее всего, указал бы себе под ноги. Проблема отходов в молодой столице решалась просто и жёстко: указом, штрафом и страхом наказания. Централизованной системы вывоза не существовало. Каждый домовладелец отвечал за чистоту территории напротив своего дома, а полиция следила за исполнением. Пётр I: «чтоб никакого скаредства не валялось» Начало положил сам основатель города. Указ от 20 июня 1718 года оглашали всенародно с барабанным боем многократно. Это не метафора и не краеведческая легенда, а прямая цитата из документа: так власти гарантировали, что распоряжение услышат все, от купца до последнего дворового человека . Сама формулировка указа звучит сегодня почти анекдотично, но за ней стоит вполне конкретное требование. Жителям предписывалось чистить и вывозить сор «в указанное место», а подметать улицы ранним утром или поздним вечером, «покамест люди на улицу не будут ходить» . Слово «скаредство» в тексте указа означало не скупость, как мы привыкли думать сегодня, а мерзость, грязь, нечистоты. Пётр требовал, чтобы «никакого скаредства и мертвечины по улицам не валялось» . То есть речь шла не только о бытовом мусоре, но и о падали и трупах животных. За неисполнение полагался штраф: по 2 деньги с каждой сажени ширины двора . Здесь стоит пояснить, потому что «деньга» сегодня звучит странно. При Петре I это была вполне реальная медная монета, равная половине копейки. То есть штраф составлял примерно копейку с сажени. Сажень это около 2,13 метра. Если пересчитать на стандартные 6 соток и представить, что двор был квадратным, штраф вышел бы примерно 11–12 копеек. По покупательной способности того времени это примерно как 300–700 рублей сегодня. Немного, но за повторное нарушение могли наказать строже . Отдельно Пётр взялся за Неву. Указ 1719 года запрещал выбрасывать нечистоты в реки. В документе прямо говорилось: «Отнюдь никакого помету и сору на Неву и на другие реки из дворов своих вывозить не дерзали и в те реки не бросали» . Наказание за нарушение было суровым: виновных могли бить кнутом и сослать на вечную каторгу . То есть уже тогда городские власти понимали простую вещь: вода это жизнь, и пить её из помойки как-то не хочется. Анна Иоанновна и Елизавета Петровна: указы множатся, проблема остаётся После Петра борьба продолжилась, но с переменным успехом. Указы о чистоте издавались регулярно и регулярно же нарушались. В елизаветинское время, несмотря на старания полиции, очистить улицы от навозных куч и помёта никак не удавалось. Для уборки даже привлекали арестантов, которым платили по копейке в день. Елизаветинские указы отличались своеобразным домашним характером. По личному приказу императрицы петербургским обывателям предписывалось, чтобы битых стёкол в окнах домов не было, а равно, чтобы никто не выбрасывал нечистот на улицу. Чистота входила в моду, но до системного вывоза мусора было ещё далеко. Екатерина II: имперский размах и курьёз При Екатерине город хорошел: Нева одевалась в гранит, возводились Публичная библиотека и Академия художеств. Но проблема отходов никуда не делась. В 1765 году Комиссия о Санкт-Петербургских строениях постановила: улицы должны быть выметены жителями, а сметённое свозиться «в удобные места от полиции». То есть свалка существовала как понятие, но её местоположение определяла полиция, а не санитарные нормы. #ЛюбовькПетербургу