Фрустрация, боль и развитие: почему бегство от дискомфорта лишает нас жизни
Фрустрация, боль и развитие: почему бегство от дискомфорта лишает нас жизни Знаете, сегодня люди переживают огромное количество фрустрации. Новые законы, нестабильность, неопределённость, страх за будущее. И реакция на это у многих одна — бежать. Скрыться. Забить голову сериалами, соцсетями, работой, едой, алкоголем, чем угодно, лишь бы не чувствовать. Мы стали панически бояться боли и страдания. Мы избегаем всего, что не доставляет удовольствия, что неприятно. Мы бежим от любой фрустрации, от всего, что может быть болезненным, и ищем обходные пути. В результате мы лишаемся развития. Эти слова — не мои. Их написал Фриц Перлз, основатель гештальт-терапии. Он предупреждал об этом ещё полвека назад. Пуританство сменилось гедонизмом Клинический психоанализ замечает: социальная среда сильно изменилась. Пуританство, с его запретами и «так нельзя», сменилось гедонизмом — культом удовольствия. Мы начинаем жить ради праздника, развлечения, сиюминутного кайфа. Для нас всё хорошо, пока приятно. Кажется, это звучит лучше, чем старый морализм. Никто не читает нотаций, не стыдит за радость, не запрещает наслаждаться. Но есть один момент. Очень существенный момент регресса. Мы разучились терпеть боль. Любой дискомфорт — физический, эмоциональный, экзистенциальный — воспринимается как катастрофа. Мы не можем выдержать паузу в разговоре, тишину в отношениях, скуку в понедельник утром. Мы не можем выдержать себя. Что такое фрустрация? Не враг, а топливо С точки зрения гештальта, фрустрация — это не враг. Это разрыв между ожиданием и реальностью. Я хочу, чтобы было так, а на деле — иначе. И вот здесь у меня есть выбор. Первый вариант: разозлиться, обвинить мир, убежать в иллюзию или в вещество — и остаться на месте, не развиваясь. Второй вариант: выдержать эту фрустрацию. Позволить себе почувствовать злость, обиду, беспомощность. И через это — найти новый способ действовать. Перлз писал: «Когда я говорю о готовности встретить неприятное, я не имею в виду культивировать мазохизм. Наоборот, мазохист — это человек, который боится боли и приучает себя терпеть её. Я говорю о страдании, которое сопутствует развитию. О том, чтобы честно встречать неприятные вещи». Понимаете разницу? Мазохист терпит, потому что боится. Он застревает в страдании, делает его смыслом. А здоровый человек встречает боль, проживает её, извлекает урок — и идёт дальше. Три лица мазохизма Французский философ Жиль Делёз выделял три понимания мазохизма. Первое — союз наслаждения и боли. Когда человеку «кайфово» от того, что ему больно. Второе — способ осуществления унижения и рабства. Когда человек бессознательно ищет того, кто будет его подавлять. И третье — самое глубокое — мазохизм как рабство, установленное в рамках договорных отношений. Человек как будто заключает контракт: «Я буду терпеть, а ты будешь меня наказывать. Это наша игра». Но в жизни этот «контракт» часто не осознаётся. Человек не договаривался — он втянулся. И терпит не потому, что получает удовольствие, а потому, что боится выйти из игры. В гештальте мы говорим: мазохистический паттерн — это творческое приспособление, которое когда-то помогало выжить. Но во взрослой жизни оно превращается в тюрьму. Где человек терпит, не меняя условий. Где он боится боли настолько, что готов на любые унижения, лишь бы не встретиться с ней лицом к лицу. Современная ловушка: бегство от фрустрации Сегодня эта ловушка стала особенно заметна. Мы не можем выдержать: · задержку рейса в аэропорту, · отсутствие лайков под постом, · паузу в разговоре, · чувство скуки вечером, · необходимость ждать, выбирать, ошибаться. Всё это — здоровая, нормальная фрустрация. Но мы бежим от неё в телефоны, в сериалы, в сладости, в бесконечные покупки, в зависимые отношения. И лишаем себя главного — развития. Потому что развитие не происходит в зоне комфорта. Оно происходит там, где вы столкнулись с преградой, разозлились, нашли новый способ, ошиблись, попробовали снова. И выросли.