Единственный мой_16
Единственный мой_16 Полгода Влада с детьми находилась у свёкров, всю весну и лето. Степан приехал на пару недель, вещи привёз и уехал. Они помирились, нормально разговаривали, казалось, оба успокоились. Владлена отдыхала душой и телом, оставив всё плохое там, ледяном в городе, из которого так не хотела уезжать. Сама гуляла, ездила на экскурсии (детям это было неинтересно) они весело проводили время у Серёжи, тёти Оли и дяди Миши по выходным. Павлина Михайловна не трогала невестку, иногда просто не замечала её отсутствия или присутствия - у бабушки внуки на первом месте, оценки Алины в школе. Бабушка отвлеклась от сыновей и взялась за внуков. Это приносило ей гораздо больше удовлетворения, чем спорить с толстолобыми взрослыми детьми. Много общалась с Олей Влада, пыталась понять, научиться вот так, как она одной лаской, скромностью, добротой и чистотой поддерживать в семье созвучие, единство. Миша до сих пор, спустя столько лет и столько смотрел на жену с любовью, с теплотой и нежностью. Оля уверяла, никаких секретов нет, просто они любят друг друга. - Вот и мы любим... - задумчиво вздыхала Влада, глядя в окно на пасмурное, рябое небо, сидя на кухне у Оли. - Но какая же она разная, эта любовь. - А мы как-то сошлись. Я сразу почувствовала - у нас получится, в первый день знакомства. Родители у Миши замечательные. Павлина Михайловна нас и свела. - А вот интересно, если бы и Степана она с кем-то свела, тоже бы так вышло идеально. - Не думай об этом, Влада. Михаил и Степан разные, как огонь и лёд. - Да уж... - Вы семья, у вас дети, вы столько преодолели, вы вместе. - Не совсем - он там, я здесь. - Ревнуешь? Волнуешься, как он там? - Не-а, - смотрела на Олю Влада, - уже нет. О другом думаю: что дальше? - Вот и правильно! Миша звонит Степану, по секрету скажу, - почти шёпотом, признавалась Оля, - Павлина Михайловна просила контролировать его, но я была против. Степан -взрослый человек. Влада прыснула смехом. - А что смешного? Уж кого, а маму он побаивается, прислушивается. - Это я уже знаю. - Не пил там Степан ни разу! Дома или на работе всегда. - И это я знаю, созваниваемся. По детям скучает. - Что говорит? - Ничего особенного: как мы, как здоровье, самочувствие? А как может быть здесь? Только хорошо. - Я тебе по секрету скажу, - опять наклонилась к снохе Оля, прикрывая дверь в большую комнату, где шумели дети. - Он уехать оттуда хочет, не знает куда, ждёт, пока ты первая об этом заговоришь. Ты ведь не вернёшься? Влада пожала плечами. - Зачем же, Влада? Тебе нельзя там, у тебя лёгкие. - Да понимаю я. Болеть начала, а там постоянно с соплями ходить нельзя, примёрзнут прямо в носу. Иммунитет должен быть крепким, как продукция нашего завода. - Вот и подумай. - Ладно, Оля, я поеду. Аля, Максим, собирайтесь, - крикнула Влада, когда хозяюшка гостеприимного дома приоткрыла снова дверь. - Пусть у нас останутся, - просила Оля, - а то скучно Серёже. Он не знает, куда себя деть по выходным. - Второго вам надо, что б не скучал. - Вряд ли ему будет интересно, разница в возрасте уже большая. Но я так хочу доченьку. Самая большая моя мечта! - Будет у вас доченька, кому как не вам рожать и воспитывать детишек, - Влада смотрела на Олю с благодарностью и сочувствием. Оля отвернулась и убежала в комнату к детям, будто не хотела дальше об этом говорить, неприятно ей. Влада обратила внимание, как замешкалась Оля, но лезть с расспросами не стала. Сама расскажет, если захочет. Владлене могло показаться разное на фоне её расплывчато - меланхолического настроения. Степан приехал в конце августа, на весь отпуск. Первым делом забрал жену и детей и повёз на море, на две недели в бархатный сезон. Там и заговорил впервые о будущем. О совместном будущем. Он себя не отделял от жены и детей. - Тебе нельзя возвращаться, особенно в зиму. - Считаешь? - Врачи сто раз тебе говорили! - Да.