Единственный мой_25
Единственный мой_25 - Так хорошо у тебя, мам, - сказал Макс, располагаясь в садовом кресле, в мамином саду. Тёплая осень радовала. Ягоды шиповника россыпью красных бусин выделялись на серо-зелёном кустарнике у сетки. Яблони ещё берегли свои дары, наполняя их соками, открывая последним лучам тёплого сентябрьского солнца рябые, налитые бока своих плодов. Влада рвала сорняки в саду, сгребала первые осыпавшиеся листья. Максим наблюдал за ней. Такое умиротворение было во всём саду, в доме, во дворе, на улице. - Ма, как думаешь, если бы вы с отцом сюда переехали после нашего М.... у вас хорошо было бы всё? Влада, усердно работая граблями, пожимала плечами. - Давай я тебе помогу, - подбежал к ней сын. - Нет! А мне потом что делать? И так заняться нечем. На работу уже не хожу... - А почему, ты же вроде писала, всё нормально. - Не получилось в новом коллективе, - взглянула она на плетённую садовую мебель: кресла, стол. Как неуместны они тут были, громоздки, а поздней осенью просто сливались с цветом земли. Виктор подарил на первый её день рождения здесь, на новом месте жительства. Он замечал любую мелочь в женщине, которая ему нравилась. Она не видела в нём ничего особенного. - Пришла более молодая сотрудница, сговорчивая. Сразу влилась в коллектив, с начальником сработалась, куда быстрее меня. Молодым всегда у нас дорога, старикам не всегда почёт, - вздохнула она. - Мне есть чем заниматься здесь на участке. - Почему ты себя в старухи записываешь? Ты так молода и красива, - смеялся Максим. Каким же он стал мужественным красавцем! Высокий, плечи расправлены, взгляд уверенный, обаятельный, улыбка широкая, белоснежная, зубы крупные, ровные, мать не могла на него наглядеться. Давно не видела. Он после армии потерялся где-то, звонил, писал, что всё нормально, но не приезжал. Будучи на срочной службе, писал родителям, что решил поступать в военную академию, но передумал. И вот он здесь, перед любящим взглядом матери. Он вернулся в своё кресло. Мама продолжила взрыхлять землю, собирать упавшие на землю плоды. - Мам, я в институт... - Восстановился?! - радостно воскликнула она, отбросив грабли. - Нет, мам. Т.е. я перешёл на другой факультет, начинаю сначала. - Господи, ты же мог просто восстановиться, тебе оставалось всего три года учиться. - Мам, я поступил, туда, куда хотел, а не там, где видел меня отец. - Но кто теперь будет платить? Ты же не на бюджет поступил? - полностью уверенная в неспособности сына по этой части, волновалась мать. Ей уже нечем помогать детям. - Ошибаешься! - с горделивой простотой выдал Макс. - Я свободно прошёл все испытания, т.к. готовился сразу в этот вуз, но папа... - Папа желал тебе добра. - А себе? Мама отвернулась. - Аля говорила, он снова пьёт. - Случается, - вздохнула мать, уходя во двор, унося за собой садовый инструмент. - Неужели ты к нему не заехал ни разу? - Заезжал, но они с Радой куда-то отдыхать уехали. Повидаться не удалось. Сын весь вечер рассказывал, где он остановился, чем занимается, с кем живёт. У него есть любимая девушка, к ней он после армии и поехал, там нашёл свою семью. Подзаработав, решил приехать к матери. У отца он не просил денег с момента, как признался, что бросил вуз ради армии. Степан бы и не дал - сын его разочаровал. - Почему же ты не привёз любимую? - Мам, она работает, у неё не получилось. Знаешь, мы решили пожениться. - Как-то у тебя всё сразу сынок, и учёба, и женитьба. А работа? Где жить будете? - Живём мы у её родителей. - Разве можно так? Только начали встречаться и сразу жить, да ещё с родителями. - Мам, она меня из армии ждала, я просто никому не говорил, кроме, - задумчиво посмотрел он на неё, - Али. - Ну, та как партизан, - усмехнулась Влада, - никому, ничего. - Да, жаль, что так с отцом получается. - Его никто не заставляет пить. - Рада, совсем ему не указ. - А кого он слушал? Хоть раз в своей жизни. - Тебя... - Эх, Максим, даже я не помню тех времён. - И тебе не жалко его? Ведь ему нельзя.