Единственный мой_22
Единственный мой_22 - Это твоё воспитание! Твоё влияние, - высказывался Степан, по телефону, несколько месяцев спустя, когда Максим отправился служить. Он не мог успокоиться, не мог простить, не мог… Без его разрешения, не посоветовавшись с отцом Максим сделал по-своему. Степан не хотел, чтобы сын служил, по крайней мере, вот так, без образования и диплома. – Безголовый, упёртый баран. - Он вполне самостоятельный человек. - Самостоятельный? – ругался Степан. – Я оплатил ему первый год учёбы, полностью второй, а он взял и бросил. Но когда ты думала о деньгах? - Он сможет восстановиться потом. - Если последние мозги не отобьют. Это же Максим, он там не выживет. - Прекрати, - умоляла его бывшая жена, - ты говоришь о собственном сыне. - Ему же наплевать на отца, на мое здоровье, деньги. - Часто ты стал о деньгах говорить, не хватает? – будто сквозь сон, интересовалась Влада. Она совсем не хотела об этом говорить, не хотела опускаться до колкостей – это унижает только её. - Чем он вообще думал? Вряд ли он думал мозгами, принимая такое решение. Вот Аля… - Что Аля? - Аля, самостоятельная девочка. - Если она не мешает тебе, не попадается на глаза – она умница? Откуда ты знаешь, каково ей? Где она? С кем? До фига она перед тобой отчитывается? Это несамостоятельность, она избегает нас. Мы оба достали своих детей. - Мы созваниваемся регулярно, - мрачно ответил Степан. Влада, убрала трубку от уха, положила телефон на стол и не отключив, вышла из дома во двор. Они созваниваются - думала Влада, выходя за двор. Надо было листья смести у калитки, у забора. На их улице чисто соседи следят за участками перед дворами, одна Влада немного запустила мамин дом.