трактора. Оля выходила к дороге, выглядывала мужа, хоть кого-нибудь! Поговорить ведь не...
трактора. Оля выходила к дороге, выглядывала мужа, хоть кого-нибудь! Поговорить ведь не с кем целыми днями. Скучно Оле – никого не знает, никого не видит. В медпункт носила дочь один раз, заговорилась с фельдшерицей, познакомилась, она ведь так и не спросила её имени при родах. - Олеся меня зовут. Смело обращайтесь, если что-то понадобиться, – улыбалась сероглазая девушка с короткой стрижкой. Белый халат так нежно осветлял цвет её глаз. – У вас ведь первый ребёнок. - Оля только успевала следить за её ловкими руками, когда она обмеряла и взвешивала Наташу, гладила ей животик. – Всё в порядке, девочка набирает вес согласно норме, - мыла руки Олеся. В медпункте есть канализация. - Здесь есть канализация? – удивлённо смотрела на раковину Оля. - Да, административные здания и школа обеспечены, - ответила доктор, присев за стол. – Остальные жители уже сами справились, сделали ямы во дворах. Признаюсь, у меня дома нет сего блага цивилизации, - развела руками Олеся, - но я там мало нахожусь, - снова улыбнулась, заполняя карточку ребёнка. - А муж? Семья? - Я не замужем, семья моя осталась далеко, мама приезжает раз в год, я езжу, если случается. - Вот и наши далеко, - с тоской в голосе ответила Оля, пеленая Наташу. - Ничего, привыкните. По выходным в клубе культурная программа. Летом, наверное, реже, а вот в холодное время года - каждую субботу. Обживётесь, подружитесь с другими молодыми мамами. - Они здесь есть? - А как же! До свидания, у меня приём. Действительно, в прохладном, тёмном коридорчике, перед дверью к медсестре сидело два старика и мальчишка лет 9, без майки в шортах. На большом пальце правой ноги намотана грязная тряпка. Размазанные слёзы высохли на впалых щеках – терпит бедолага, хотя рана наверняка серьёзная, если его послали в больничку. Почта и магазин имелись в посёлке, ясли – это самое положительное здесь! - Приносите, когда три месяца будет ребенку, - хлопотала около Оли заведующая детским садом, женщина лет пятидесяти с мягкими чертами лица, такие сразу вызывает доверие, в отличие от фельдшерицы. Голос тёплый, душевный у женщины, слушая её, родной дом вспоминается, мама с папой. – У нас можно до трёх месяцев с ребёнком дома находиться, а потом к нам. Сад у нас новый, просторный, всё современное, группы большие, мебель в спальнях соответствующая. Прачечная и кухня оборудованы по последнему слову техники. А вы, кстати, кем работали до приезда сюда? Мы очень нуждаемся в сотрудницах. Понимаете... - уводила заведующая Олю из кабинета, - я вам сейчас покажу. Специалистов сюда распределяют узких: железнодорожников, строителей, электриков. Учителей и воспитателей – достаточно, остальных же не хватает. У нас... - вела она по длинному коридору Олю, резко встала и открыла беззвучно дверь в одно из помещений, — это одна из наших групп. Нам не хватает повара, прачки, дворника, про нянь я вообще молчу, в старшей группе воспитатель одна справляется. Оля не успевала отвечать, так доброжелательно и приятно лилась речь заведующей. - Я Ольга Сергеевна. - И я Ольга. - Ну, что же, подрастайте и приходите. Оле так понравилась эта женщина, хотелось сейчас же сдать дочь в группу, да куда угодно! Скорее уже на работу выйти. - Мить, - радостно обратилась она к мужу вечером. Сегодня у неё игривое настроение, улыбается. Она сидела напротив него за столом, подперев голову рукой, наблюдала, с каким аппетитом он ест её нехитрый супчик. – Я скоро на работу выйду. Будет Наташке три месяца и... - Так рано! Она маленькая совсем. - И раньше берут. Это здесь много дозволено. - Да уж, – задумался Митя. Как же не хотелось ему настолько рано отдавать доченьку чужим женщинам на целый день, пусть и очень хорошим, с образованием и опытом. - Не переживай, я в садике буду работать. Меня позвали, - улыбалась Оля. - И у меня новости. - Какие? – не отрывалась от него Оля. - В выходные поедем коляску покупать! Оля захлопала в ладоши. Митя встал из-за стола, подошёл к ней, обнял. - Ну вот! А то совсем злюка стала, - пахло от него шпалами, железом, рёбра, как на с