...Мать всегда найдёт сыну оправдание. Беда в том, что оправдание она искала на шее Ири...
...Мать всегда найдёт сыну оправдание. Беда в том, что оправдание она искала на шее Ирины. И впервые за десять лет промахнулась — потому что искала там, где Ирина знала каждый метр. Артём приехал домой за полночь. Ирина не спала — сидела на кухне и смотрела на календарь. — Ира, давай по-взрослому, — сказал он от порога, уже без напора. — Я облажался, понимаю. Но семья, ребёнок… Может, не будем рубить с плеча? — Будем, Артём. — Она не чувствовала ни злости, ни жалости. Только усталую ясность, как после долгой, выигранной сделки. — По закону. Квартиру делим через суд, где жить Кириллу — суд решит отдельно. Ты съезжаешь. К Насте, как раз есть куда. — Это и мой дом тоже. — Твой дом теперь там, где твоя Настя. С вещами справишься сам. — Ну как знаешь. — Он усмехнулся, поднимаясь. — Я ведь по-хорошему предлагал. — По-хорошему было бы не ходить налево и не снимать вторую квартиру. Поздно, Артём. Сразу он не съехал — ещё два дня ходил по квартире чужим человеком и с кем-то вполголоса шептался на балконе. На третий вечер собрал сумки. А когда оставил ключи на тумбочке, Ирина сменила замок: делить квартиру им ещё предстояло в суде, но жить с открытой для него дверью она уже не собиралась. Галина Петровна по району с «бедным мальчиком» больше не ходила — трудно жалеть сына, когда вся родня услышала про его Настю. ...В субботу Ирина зашла к Кириллу. Он гонял по ковру машинки. — Мам, а папа придёт? — Папа теперь будет приходить в гости, малыш. Давай-ка прикинем кое-что. Ирина достала рулетку, навела красную точку на дальнюю стену. Четыре метра двадцать. От окна до двери — три метра шестьдесят. Большую комнату — она освободилась, когда уехал Артём, — она отдаст Кириллу. Пусть перебирается из тесной детской: и письменный стол под уроки встанет, года через два в школу, и машинкам место найдётся. А ей и маленькой хватит. — А что ты меряешь? — он оторвался от ковра. — Твою новую комнату, родной. Большую. Пять лет назад она меряла эту квартиру впервые — перед покупкой, не зная ещё, кому какая комната достанется. Теперь знала. Метры ещё предстояло отстоять: суд, бумаги, делёж. Но мерила она их не для чужой сделки — для них с Кириллом. А свои сделки она всегда доводит до подписи...