Людочка - 2 Прошло время. Олег подрос и уже готовился идти в школу, когда Гордей прибе...
Людочка - 2 Прошло время. Олег подрос и уже готовился идти в школу, когда Гордей прибежал с радостной новостью: — Зин, мне на заводе квартиру выделили! Двушка, в новом доме, представляешь? Теперь заживем по-человечески! Зинаида чуть не прослезилась от услышанного. А в голове промелькнула мысль: — Вот уж точно с лица воду не пить. Неказистый, нос картошкой, глаза маленькие и близко посажены. Только с ним куда надежнее, чем с каким-нибудь красавцем. И меня любит, и о сыне заботится, и против матери не побоялся пойти. Правда, постепенно год за годом отношения между супругами стали портиться. Виной тому стала любовь Гордея к горячительным напиткам. Сначала мужчина почти год обмывал собственную квартиру, затем узнал о кончине матери и о том, что она распорядилась не звать его вместе с семьёй на поминки. Младший брат слепо следовал воле покойной матери и сделал, как она сказала. Гордей не был на похоронах, о чём ему припомнили родственники при первом же удобном случае. Мужчине оставалось только покрепче стиснуть зубы и сделать вид, что его не задевает такое отношение. Но зато, оставшись наедине с женой, Гордей начинал ей медленно выворачивать душу наизнанку. Напоминал, как ради неё, Зинаиды, пошёл против родной матери, как разорвал все связи с ближайшей роднёй. Хотя первые годы безмерно радовался тому, что хотя бы тёща согласилась помогать присматривать за маленьким Олегом. Мальчишка рос очень смышлёным, к точным наукам имел врождённый талант. Никто не удивился, когда на распределении по профильному обучению Олег выбрал математический класс, где быстро возглавил ряды отличников района. Именно его отправляли на олимпиады, где он занимал первые места. Гордей обмывал успехи сына так самозабвенно, что к концу недели даже не помнил собственного имени. Когда Олегу исполнилось десять лет, родилась Люда. Радости отца не было предела, и он ударился в такой загул, что Зинаида вспоминала время выписки из роддома с содроганием. Квартира превратилась на время отсутствия хозяйки в притон для разного отребья, которое было только счастливо поддержать Гордея в его желании обмыть пополнение в семействе. Поднимая наполненный прозрачной жидкостью стакан, мужчина всплакнул, вспомнив мать: — Такая женщина была… сильная, гордая… сама нас с братом на ноги поставила, а я выбрал юбку жены и ушёл, не попрощавшись… Пусть же моя девонька будет называться Людмилой - в честь бабушки. Зинаида лишь устало пожала плечами, когда муж сообщил ей о своём решении. Сразу после роддома пришлось экстренно приводить квартиру в порядок, вычищая её от следов возлияний дружной компании собутыльников Гордея. Он даже не помнил ни их имен, ни лиц. В памяти осталось только то, что они непрерывно бегали за горячительными напитками в магазин во дворе. А однажды утром к нему пришла хозяйка магазина и грозно заявила: — Не отдашь деньги до конца недели – напишу заяву, что ограбил меня. Думаешь, на халяву будешь моей водкой заливаться? Пришлось влезать в долги незаметно от жены и отдавать за выпитое. *** Все свои силы Зинаида отдавала маленькой дочери. Олег, который первое время боялся подойти к сестрёнке, вскоре привык и начал помогать матери ухаживать за малышкой. Мог сменить мокрые ползунки, купал, играл. Когда Люда ползала по полу и тянула в рот всё, что попадалось ей в руки, брат внимательно следил, чтобы девочка, не дай бог, не подавилась какой-нибудь мелочью. Когда Зине не удавалось уложить дочь спать, на помощь приходил именно Олежка. Он брал маленькую Люду на руки и уносил в свою комнату, откуда выносил уже спящей. Зинаида только поражалась способностям сына: — Как у тебя получилось? — Не знаю, — пожимал плечами уставший сын. – Она смотрела в потолок, когда я качал её, и быстро уснула. Гордей же всё больше злился на нерасторопную жену. То слишком долго убирает квартиру, чем мешает ему смотреть телевизор, то слишком медленно готовит ужин. — Да сколько можно возиться с этими проклятыми пельменями? — возмущённо орал он, прижимая к себе плачущую девчушку. — Зачем лепить, когда м