«Материно продали»
«Материно продали» Отцовский пиджак Ксения Романовна распарывала бритвой, сидя у окна, потому что при лампочке она бы не разглядела шва. Пиджак был довоенный, чёрный, с тугими плечами, и швы в нём сидели так плотно, что бритва шла с трудом. Она подцепляла нитку, тянула, сдувала с колен обрывки. Из распоротого пиджака должно было выйти двое штанов мальчишкам. Младший ползал под столом и собирал обрезки в спичечный коробок. — Не тащи в рот, — сказала она, не глядя. За окном Наталья прошла с вёдрами, увидела её в окне, поставила вёдра и постучала в раму. — Ты чего в потёмках сидишь? — Я не в потёмках. Я у света. Наталья вошла, села на табурет и посмотрела на разложенный пиджак. — Руками будешь? — Руками. — Ну а машинка-то? — Схожу, — сказала Ксения. — Сорок дней пройдут, схожу и возьму. Она отложила бритву, потёрла глаза кулаком и снова взялась за шов. Наталья посидела, поговорила про то, что в сельпо привезли резиновые сапоги не тех размеров, и ушла со своими вёдрами. Сорок дней по отцу вышли двадцать первого апреля.… 🎧 Аудиорассказ целиком (16 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке.