осед психованный угрожает. Люди совсем осатанели.
осед психованный угрожает. Люди совсем осатанели. — Ну, а чего ты хотел? Я тебе еще когда мама жива была говорил, что собака в городе – это блажь! Рыбок бы лучше завел. Красиво, нехлопотно, к тому же нервы успокаивает. — Иди ты, Лешка! Петрович в сердцах бросил трубку. — Эх, Филька... — он взял песика на руки и опустился на диван. — Родной сын – и то меня не понимает. И его город отравил. Рыбки! Тоже мне, придумал. Да какой из рыбы друг? Она же хладнокровная! Филька вздыхал, сочувствовал, но помочь ничем не мог. Слишком он мал, чтобы тягаться с целым огромным городом... ***** В начале лета Петрович совсем захандрил. Филька прямо слышал, как тяжелые мысли крутятся в голове хозяина. И однажды тот выпустил их наружу: — Чего я приклеился к этой квартире? Работа моя кончилась, жена тоже... кончилась. Лешке не до меня. Он на свою-то жизнь времени найти не может. Мужику под сорок, а семьи даже в планах нет. Один ты у меня и остался. Тебе тут плохо, мне тут плохо. Какой из этого вывод? Надо менять дислокацию! Филька не сразу понял, что хозяин имел в виду. Но тот стал подолгу засиживаться перед ноутбуком. Иногда поднимал Фильку к монитору, показывал разные фото и спрашивал: — Ну как? Тебе нравится? На фотографиях были домики, маленькие, не то что их панелька. Вокруг домиков цвели цветочки, стояли деревья. Хорошие картинки. Симпатичные. Филька вилял хвостом. — Одобряешь, значит? И по мне вроде ничего. Только вот у этого цена высоковата, а этот находится черт-те где. Ладно, еще повыбираем... К середине лета Петрович определился. Выбрал для себя новую «дислокацию». А потом позвал сына, чтобы посоветоваться, и они громко ругались. — Ну что же тебе неймется, папа? Квартира хорошая, все под боком. На кой тебе деревня? — Я взрослый мужик! Могу жить, как я хочу, или у тебя разрешение получить надо? — возмущался Петрович. — Папа, ты пенсионер. — И что? Я же не развалина древняя. Руки-ноги на месте, голова тоже работает. Да и родился я в деревне, между прочим. Не пропаду. — Какая разница, где ты родился? Ты же всю жизнь в городе прожил. У вас с мамой даже дачи не было. — Она землю терпеть не могла. Вот и не было. А я твою мать любил, поэтому не настаивал. Теперь-то ей все равно... Имею полное право переехать. — Делай, что хочешь! — сдался Леха. — Только квартиру, ради бога, не продавай. С деньгами я помогу. Зато когда наиграешься в сельского жителя, будет тебе куда вернуться. На том и договорились. Дом Петрович выбрал крепкий, даже ремонта особого не потребовалось. Оформились тоже быстро, и в конце августа Алексей перевез их с Филькой на новое место... ***** Деревня Фильке понравилась. От запахов голова кружится и нос с ума сходит. Двор большущий. Пока в каждый уголок сунешься, месяц пройдет, не меньше. А уж про окрестности и говорить нечего. Чтобы их изучить, целой песьей жизни не хватит. И главное, люди вокруг другие. Соседка познакомиться сразу зашла, на пироги пригласила. Фильку по голове потрепала. Кошки, собаки за каждым забором. Да и не только они. Рогатые козы, ушастые кролики, крикливые петухи. Филька таких лишь в телевизоре видел. Пока Петрович с Алексеем машину разгружали, он как ошалелый носился. Восторг распирал, свобода пьянила. Потом они все вместе отдохнуть решили. Хозяин с сыном на лавочке у дома устроились, Филька в ногах лег. Они разговаривали, он слушал. — Ну, сын, спасибо тебе. Ты в гости-то приезжать будешь? — Постараюсь. — Уж постарайся. Хорошее же место, признай, не вредничай. Алексей помолчал, потом кивнул: — Пожалуй. Главное, чтобы вам тут хорошо было. — Будет, — пообещал Петрович. — А если что не так, возвращайтесь. — Надеюсь, не придется. Филька был согласен с хозяином: не придется! Ну не может быть плохо там, где любят живое. Автор АЛЁНА СЛЮСАРЕНКО