Объективная добросовестность, «раздолжнители» и чисто экономические убытки в новом опре... — 24 июля 2026 г. в 14:21:18.273
Объективная добросовестность, «раздолжнители» и чисто экономические убытки в новом определении Верховного Суда 301-ЭC26-525(3) https://zakon.ru/blog/2026/07/24/obektivnaya_dobrosovestnost_razdolzhniteli_i_chisto_ekonomicheskie_ubytki_v_novom_opredelenii_verhov Вчера был опубликован полный текст определения СКЭС РФ по делу гражданина Жукова, где очень подробно разбирался вопрос об освобождении лица от долгов перед кредиторами по итогам завершения банкротных процедур. Хотелось бы обратить внимание читателей на данный замечательный судебный акт. Во-первых, стоит отметить крайне необычный и весьма занимательный для судебного акта высшей судебной инстанции язык. Вместо навязчивого, всем надоевшего канцелярита используется живой, хотя и немного тяжеловесный, юридико-публицистический текст. Во-вторых, уже первые два абзаца содержат лаконичное и очень точное определение добросовестности в объективном смысле: «Из положений пунктов 4–6 статьи 213.28 Закона о банкротстве следует, что отказ в освобождении от обязательств по итогам процедуры реализации имущества является мерой противодействия недобросовестному поведению должника (пункт 60 Обзора по делам о банкротстве граждан), то есть нарушению известного и понятного всем минимально необходимого для участия в гражданском обороте стандарта заботливости об интересах других лиц и осмотрительности в своих делах, присущего любому порядочному и пользующемуся доверием гражданину (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее — ГК РФ). Среди прочего, требующая противодействия недобросовестность заключается в причинении вреда другому лицу умышленно или с грубой неосторожностью, равнозначной умыслу (абзацы третий–пятый пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве), тогда как не содержащее в себе порока недобросовестности причинение вреда с простой неосторожностью не препятствует освобождению от возникшего обязательства при условии надлежащего участия должника в установленной законом процедуре банкротства (пункт 58 Обзора по делам о банкротстве граждан)». В-третьих, Верховный Суд, очевидно, формирует весьма нюансированный подход к вопросу об освобождении должника–физического лица от долгов по результатам процедуры банкротства. Умысел и приравненная к нему грубая неосторожность препятствуют освобождению от долгов, тогда как простая неосторожность все же позволяет их списать.