Психоматические игры... Или не прячьтесь за собственное тело
Психоматические игры... Или не прячьтесь за собственное тело Когда тело говорит вместо нас Почему человек годами терпит неудобные отношения, боится сказать "нет", не просит о помощи - а потом начинает болеть? Может ли тело взять на себя разговор, на который мы сами так и не решились? Психосоматический симптом можно рассматривать как один из способов коммуникации. Но важно не путать это с идеей, будто любую болезнь можно объяснить психологией. Телесные симптомы требуют медицинской диагностики. Психологический фактор может быть лишь частью общей картины. Когда проще заболеть, чем отказать Представьте: вас снова просят сделать то, чего вы не хотите. Отказать неудобно. Вдруг обидятся? Подумают, что вы эгоист? Отношения испортятся? И вдруг вы действительно плохо себя чувствуете. Теперь появляется уважительная причина: Я бы хотел, но не могу. Заболел. Это не обязательно притворство. Симптом может быть вполне реальным. Просто тело неожиданно дает человеку право на то, чего он сам себе не разрешал - остановиться, отказаться, отдохнуть. Иногда болезнь позволяет получить заботу без мучительного чувства вины. Почему тело оказывается крайним Есть люди, которым особенно трудно злиться, спорить и защищать свои границы. Они стараются сохранить мир, быть удобными и не расстраивать близких. Им трудно сказать: Мне это не нравится. Я этого не хочу. Со мной так нельзя. Мне нужна помощь. Вместо этого они терпят. Но куда деваются раздражение, страх, обида и усталость? В гештальт-терапии есть понятие ретрофлексии - человек удерживает реакцию, которую хотел бы направить наружу, и словно разворачивает ее на себя. "Главное, чтобы все были довольны" - дорогая стратегия, если единственный недовольный человек в этой системе вы сами. Когда болезнь что-то разрешает Особенно заметным такой механизм может становиться в созависимых отношениях. Человек привыкает ориентироваться прежде всего на другого. Отказ кажется угрозой отношениям. Просьба - слабостью. Злость - чем-то постыдным. Собственные желания - эгоизмом. И тогда возникает странный выбор: сохранить отношения или сохранить себя. Человек не говорит "я больше не могу" - но болезнь заставляет его остановиться. Не говорит "оставьте меня в покое" - но недомогание освобождает от обязанностей. Не просит заботы - но теперь окружающие сами начинают заботиться. Случайность? Иногда да. А иногда стоит присмотреться внимательнее. А что происходит с детьми? Ребенку еще сложнее. Он зависит от взрослых и не может просто уйти из тяжелой семейной ситуации. Если самостоятельность вызывает агрессию, стыд или чувство вины, болезнь иногда невольно становится единственным способом получить сочувствие и снизить давление. Парадокс в том, что здорового ребенка могут ругать за сопротивление, а больного начинают жалеть. Какой способ поведения тогда может закрепиться? Иногда тело становится последним безопасным способом сказать: "Мне плохо". Что можно изменить Задача психотерапии здесь не в поиске волшебной причины каждой болезни и не в попытке "уговорить симптом исчезнуть". Гораздо важнее вернуть человеку возможность говорить прямо. Можно начать с вопросов: Чего я не хочу, но продолжаю делать? Кому мне особенно трудно сказать "нет"? На кого я злюсь, но запрещаю себе это признавать? О чем мне трудно попросить? От чего болезнь неожиданно меня освобождает? Что изменится, если я начну говорить о своих потребностях словами? Иногда психологической связи не обнаружится. А иногда человек внезапно замечает привычную схему. Он уступал. Молчал. Терпел. Ждал, что другие сами догадаются. Но они не догадывались. И тогда говорить начинало тело. Возможно, важный вопрос звучит не "почему я заболел?", а "что я давно хочу сказать, но никак не решаюсь?" А вы замечали, что самочувствие ухудшается именно в периоды, когда приходится долго терпеть, молчать или жить против собственных желаний? max.ru/psyconnect