Что случилось с рынком моторных масел после ухода западных брендов
Что случилось с рынком моторных масел после ухода западных брендов Дополнение к статье про сервис замены масла В 2024 году российские заводы выпустили 1758 тысяч тонн смазочных материалов, куда входит и моторное масло, — это около 87% внутреннего спроса, который оценивают в 2028 тысяч тонн. Остальное добирает импорт, который третий год подряд падает и в 2024-м снизился на 9%, до 271 тысячи тонн. Рынок выглядит восстановленным, хотя по объёму он не вернулся к уровню 2021 года, когда спрос оценивался в 2266 тысяч тонн. Итогов 2025 года в открытых отчётах пока нет, но участники рынка не ждут заметных изменений и в этом году. Контрафактного масла в России, по оценке Союза автосервисов и крупных сервисных сетей, сейчас 30–50% от всего объёма. До весны 2022 года такая доля уже считалась крайне высокой при 10–15%. Среди канистр, которые до сих пор продают под именем ушедших брендов, подделка доходит до 60%. Кто раньше отвечал за подделку Пока Shell, Castrol и Mobil официально торговали в России, у контрафакта был противник с прямым юридическим интересом. Держатель бренда мог судиться, отзывать партии, жаловаться в Роспотребнадзор, потому что подделка бьёт по продажам напрямую. Когда бренды ушли, этот интерес исчез вместе с ними, и имя Shell больше никто не защищает. По закону товар, поставленный по параллельному импорту, обязан получить российскую этикетку взамен оригинальной. Значит оригинал из Турции или ОАЭ и подделка выглядят на полке одинаково, у обоих новая наклейка на русском. 90% присадок в мире делают всего четыре компании — Лубризол, Инфиниум, Шеврон Оронайт и Афтон Кемикал, и рецептуры разных марок расходятся меньше, чем кажется большинству покупателей. Отсутствие защитника работает и в обратную сторону. Российский завод может зарегистрировать за рубежом иностранно звучащее название и продавать под ним своё масло как европейское или японское. Оспорить легенду некому, такой компании никогда не было. Почему подделка выгодна Больше всего теряет тот, кто выбирает канистру по названию бренда, доверяя ему больше, чем составу внутри. Разница в цене между оригиналом и подделкой доходит до двукратной, и эта маржа делает контрафакт выгодным при любом уровне спроса. Чем известнее ушедший бренд, тем выше соблазн подделать именно его. Каналы без обмана Больше остальных выигрывают крупные отечественные заводы вроде Лукойла, который уже был лидером рынка смазочных материалов в стране. После остановки поставок Инфиниум в 2022 году Лукойл создал собственный пакет присадок. Барьер входа здесь высокий, своя лаборатория и испытания стоят сотни миллионов рублей, и он же защищает крупного игрока, потому что маленький завод такую разработку не повторит и сможет конкурировать только ценой. Прямые поставки оригинала через Турцию и ОАЭ, минуя посредников, стали вторым выигрывающим каналом. На Турцию сейчас приходится 15–20% импорта масел в Россию, она стала главным пунктом реэкспорта настоящих Mobil, Shell и Castrol. Это тот же товар, только другим маршрутом, без легенды и без подмены состава. Барьер здесь не в деньгах, а в доверии, которое нарабатывают годами. Китайские производители, которые не притворяются европейскими, формируют третий канал. Доля Китая в поставках масел выросла до 10–12%, и марки для китайской техники продают себя открыто, под свой же растущий автопарк. Такому маслу не нужна легенда о немецком качестве. Что не попадает в официальную статистику Рост честных каналов не сокращает контрафакт, а идёт с ним параллельно. Официальная статистика считает только легальный оборот — производство, экспорт, задекларированный импорт. Подделка в неё не попадает по определению, поэтому рынок способен расти в тоннах и одновременно терять в доверии. Источники — Автостат, Известия, РЕН ТВ, За рулём, 5 Колесо, Quto, UTA-Service, ВМПАВТО, АвтоЮга