Вчера на встрече «Уютный АРТ» мы работали с темой «Картины и истории».
Вчера на встрече «Уютный АРТ» мы работали с темой «Картины и истории». Мы рассматривали картины, на которых изображены дети. Всматривались в лица, позы, взгляды, детали. Придумывали, что может чувствовать этот ребёнок, чего ему не хватает, кто мог бы ему помочь. И внешне это выглядело как простое творческое задание. Но на самом деле это была очень мягкая работа со своим внутренним ребёнком. Мы не уходили напрямую в личные истории. Не спрашивали: «Что с вами было в детстве?» Не вспоминали конкретные болезненные эпизоды. Мы говорили через образ другого ребёнка — ребёнка на картине. Это ему грустно и ему одиноко. Это он ждёт помощи. Это у него есть потребность, которую никто не замечает. И в этом есть важный терапевтический смысл. Когда чувство слишком близко, к нему иногда невозможно подойти напрямую. Оно пугает, захватывает, поднимает много боли. А через внешний образ мы можем немного отделить переживание от себя и посмотреть на него со стороны. И тогда снижается внутреннее напряжение. Появляется воздух. Появляется возможность не только чувствовать, но и видеть: а что здесь можно сделать? Как помочь? Кто мог бы прийти? Что могло бы изменить эту историю? В нашем задании ребёнку на картине нужно было дать помощь. Нужно было придумать такой поворот истории, чтобы рядом появился взрослый, который увидит, поддержит, защитит, объяснит, обнимет, найдёт слова, поможет выйти из тупика. Почему именно взрослый? Потому что одна из важных задач психологической работы — помочь человеку сформировать внутри себя эту взрослую часть ( родительскую поддержку). Ту, которая умеет не только страдать вместе с внутренним ребёнком, но и приходить к нему на помощь. У кого-то этот взрослый появлялся легко. Он поддерживал ребёнка, разговаривал с родителями, защищал, давал тепло, находил решение. А у кого-то взрослый никак не находился. Был несчастный ребёнок и будто бы никто не мог ему помочь. «Выхода нет». «Ничего не поможет». И вот здесь начинается очень важное. Иногда «нет выхода» — это не про то, что выхода действительно нет. Это про то, что внутри живёт маленький ребёнок, который не хочет другого выхода. Он хочет только одного: чтобы мама изменилась или чтобы папа наконец понял. Чтобы тот, от кого ждали любви, стал другим. Чтобы всё случилось именно так, как тогда было нужно. И это очень понятное, живое, настоящее детское желание. Ребёнок действительно имеет право хотеть, чтобы мама была другой. Чтобы его любили, замечали, берегли, выбирали, защищали. Но боль в том, что взрослый человек уже понимает: мама такая, какая есть. Прошлого не изменить. А внутри всё ещё живёт ребёнок, который продолжает ждать: «Измениcь ради меня». «Стань другим». «Полюби меня так, как мне нужно». И это детское ожидание часто незаметно переходит во взрослые отношения. Тогда уже не мама, а муж, жена, сын, дочь, близкий человек становятся тем, к кому обращено это внутреннее требование: «Поменяйся!»«Стань другим!» «Люби меня так, как я хочу!». «Я не принимаю тебя таким». «Мне не нужен другой выход, мне нужно только это». И человек словно упирается в одну стену: в одни отношения, в одного человека, в одно ожидание. А дальше в работе с образом вдруг находится удивительный поворот. Я спрашиваю: хорошо, ребёнок хочет, чтобы мама изменилась. А как может начаться эта перемена в истории? И появляется решение: к ребёнку приходит кто-то другой. Или ребёнок сам оказывается в другом месте. Там его кормят, греют, замечают, берегут. Он становится счастливым не рядом с той, от кого всё это ждал. И тогда мама вдруг видит, что теряет его и осознаёт ценность. Приходит и начинает беречь. И вот здесь очень важная мысль. Ребёнок в этой истории дождался любви не тогда, когда продолжал стоять, ждать или требовать: «Измениcь!» А тогда, когда перестал быть прикованным только к одному источнику любви, когда нашёл тепло ещё где-то. Когда начал жить, когда рядом появились другие люди, другое пространство, другая Продолжение ⬇️