ПИРОГИ С КАРТОШКОЙ. Глава 2 — 15 июня 2026 г. в 08:50:29.250
ПИРОГИ С КАРТОШКОЙ. Глава 2 Дегустация с протоколом Участковый Дёмин сел за стол. Артём налил ему чаю. Галина Васильевна, которая не могла допустить, чтобы гость в её доме остался голодным (даже если гость, в сущности, пришёл по жалобе), молча поставила перед ним тарелку. На тарелке лежали два пирога. Слева, побольше, с косичкой по краю, это её. Справа, поменьше, с сыром и паприкой, это Регинин. – Пробуйте, – сказала Галина Васильевна тоном, не допускающим отказа. Дёмин откусил левый. Прожевал. Глаза его слегка расширились. – Вкусно, – сказал он. – Это ещё что, – Галина Васильевна чуть расправила плечи. – Вы пятничные не пробовали. Пятничные я с укропом делаю. Дёмин откусил правый. Прожевал. Лицо его приобрело выражение человека, попавшего между двух огней и понимающего, что любой ответ будет использован против него. – Тоже вкусно, – сказал он дипломатично. Регина робко улыбнулась. Галина Васильевна сузила глаза. – Тоже? – переспросила она. – Или по-другому? – По-другому, – быстро поправился Дёмин. Парень был не дурак. – Ваши более... традиционные. – Вот, – Галина Васильевна подняла палец. – Традиционные. Слышишь, Регина? Регина кивнула. Артём налил себе ещё компота. Дёмин доел оба пирога, записал что-то в блокнот (Артём потом подглядел: там было написано «картошка+укроп, узнать рецепт»), попрощался и ушёл. – Ну вот, – сказала Галина Васильевна, когда дверь закрылась. – Человек в форме подтвердил. – Мам, он просто вежливый. – Он объективный. Он на государственной службе. Тесто мира Регина неделю не звонила. Артём ходил мрачный. Галина Васильевна делала вид, что всё в порядке, но по вечерам сидела на кухне одна и почему-то не пекла ничего. Тесто не хотело подниматься. Она списывала на погоду, на дрожжи, на что угодно. Но в глубине души знала: дело не в дрожжах. На седьмой день позвонила Тамара Степановна. – Галь, ты чего натворила? Мне Артём звонил. – Тебе-то зачем? – Говорит, Регина плачет. Не из-за пирогов. Из-за того, что тебе не угодить. Что она старается, а ты всё равно как каменная стена. Галина Васильевна молчала. В трубке шуршало. – Галь, – Тамара понизила голос. – Ты дура, что ли? Девка к тебе тянется. Пироги несёт. Вместе печь хочет. А ты её скалкой отгоняешь. – Я не отгоняла скалкой. – Образно, Галя. Образно. Галина Васильевна повесила трубку и долго смотрела в окно. За окном двор, лавочка, на лавочке кошка. Обычный вечер. Обычный тихий вечер, от которого хотелось выть. Она достала из шкафа тетрадку. Старую, с жёлтыми страницами, в клеточку. На обложке рукой матери было написано: «Рецепты. Зоя». Открыла на нужной странице. Там, между строчками, мелким почерком было приписано: «Главное не жалей масла и не жалей терпения. Тесто любит тёплые руки». Тёплые руки. Галина Васильевна закрыла тетрадку. Набрала номер Регины. – Регин, – сказала она, и голос у неё был непривычно мягкий. – Приходи в субботу. Одна, без Артёма. Я тебе покажу, как безопарным. На том конце провода повисла пауза. – Правда? – голос у Регины был тихий, как у девочки. – Правда. Только весы свои оставь дома.