— А как иначе? — ответил Жданов. — Прецедент же создавать надо. Чтоб другие умники не п...
— А как иначе? — ответил Жданов. — Прецедент же создавать надо. Чтоб другие умники не повадились науку в грязных целях использовать. Когда судья вернулся, в зале можно было муху услышать. — Встать, суд идёт! — рявкнул секретарь. — Именем Российской Федерации, — зачитывает судья приговор, — Смирнову Анатолию Викторовичу назначается наказание в виде двенадцати лет лишения свободы в колонии строгого режима. Смирнов как подкошенный — чуть не упал. Адвокат его под руку поддержала, что-то в ухо шепчет — наверное, про апелляцию. — И ещё, — добавил судья, — все научные материалы передать в спецслужбы. Пусть там решают, что с ними делать. Увели Смирнова под конвоем. На прощание он посмотрел на оперативников — не со злостью, а как-то грустно-виновато. Эх, довёл себя человек... — Жалко его, — вздохнулт Семёнов на выходе. — Башка-то светлая была, мог бы пользу приносить. — Сам выбрал дорожку, — пожал плечами Жданов. — Захотелось лёгких денежек вместо честного труда. — А что теперь с этой телепортацией будет? — Засекретят на сто лет вперёд. Пока люди не поумнеют. Через неделю их пригласили в мэрию — награждать за хорошую работу. — Вы доказали, что даже самые невероятные преступления можно раскрыть, если голову включить и логически думать! — сказал мэр. В зале полно народу — музейщики, эксперты, всякое начальство. Директор Алмазного фонда особенно радовался: — Корона наша красавица опять на месте стоит! А мы теперь новую сигнализацию поставили — если кто с такими штучками явится, сразу завоют датчики. — Правильно делаете, — одобрил Жданов. — Мало ли какие ещё умники объявятся. После официальной части всех в ресторан повели. Сидят, отмечают, рассказывают разные байки. — А знаете что, — говорит профессор Володин, принявший немного вина — эта телепортация в принципе возможна. Только энергии чертовски много жрёт. — А через годков десять-двадцать? — интересуется молоденькая следователь. — Ну, лет через пятьдесят, может, и освоим. Как следует квантовую физику изучим. — И опять нам с такими делами возиться? — смеётся Жданов. — Куда денетесь! Преступники всегда первыми новинки осваивают, это закон природы. — Тогда за нас, — поднял бокал Семёнов, — чтоб мы всегда на шаг впереди бандитов шли! — За справедливость! — дружно подхватывают все. *** А месяц спустя к ним Галина Ивановна заявилась — жена того самого Краснова. Торт домашний принесла, румяный такой. — Николай Петрович сам хотел прийти, да стесняется очень, — сказала она, ставя на стол торт. — Вот, испекла на радостях. — А чему радоваться-то? — удивился Жданов. — Да тому, что мужа моего от беды уберегли! Он теперь понял, что рано ему было такими опасными штуками заниматься. Мог ведь кого-нибудь покалечить, не дай Бог. — А сейчас чем занимается? — В Доме пионеров физику ребятишкам преподаёт. Говорит: лучше детей азам науки учить, чем неизвестно что изобретать. — Дельное решение, — согласился Семёнов. — А то самодельное устройство? — Разобрал на винтики и в металлолом сдал. Сказал: пускай лучше обычное железо будет, чем орудие для нехороших дел. Галина Ивановна ушла, оставив вкусный торт и хорошее настроение. — Вот и славно всё обернулось, — говорит Жданов, пробуя торт. — И злодея поймали, и опасную штуку обезвредили, и честные люди не пострадали.