- А что ей теперь, жизни не иметь? — возмутилась Галина Петровна. — Она такая нервная, ...
- А что ей теперь, жизни не иметь? — возмутилась Галина Петровна. — Она такая нервная, ей надо было восстановиться. Ты что, хочешь, чтобы она с ума сошла? Она тебе вернёт, когда сможет, не торопи её. - Мама, у меня микрозайм, я плачу каждый месяц по тридцать тысяч, — сказал Андрей. — У меня семья, дети, я не могу больше вытягивать. - А ты не брал бы микрозайм, — отрезала мать. — Надо было у друзей занять. Андрей почувствовал, что его несправедливо обвиняют. Он отдал все свои деньги, взял в долг под грабительский процент, а теперь ему говорили, что он сам виноват. Он попытался переубедить мать, но она оборвала разговор, сказав, что у неё давление подскочило. Естественно, вскоре жена узнала, что денег в семье нет, когда услышала отказ в покупке новой одежды и обуви к зимнему сезону для детей. - Андрей, как это? — спросила она. — Ты перевёл матери триста тысяч? И ещё сто? Это же наши деньги на машину. Ты их отдал? Без моего согласия? - Это для Лены, — начал он, запинаясь. — У неё долги, она могла остаться без квартиры, мама меня умоляла… - Ты отдал все наши накопления? — Ирина повысила голос, но сдержалась, чтобы не разбудить детей. — Ты взял микрозайм? А на что мы будем жить? - Она вернёт, — слабо сказал Андрей. — Она обещала. - Она обещала, — усмехнулась Ирина. — Она уже месяц не работает и ездит по санаториям. Ты вообще разговаривал с ней? Она тебе сказала, что купила новый диван? Андрей промолчал. Ирина села на стул, закрыла лицо руками. Она не плакала, но её плечи дрожали. Андрей хотел подойти, обнять, но она отстранилась. - Мы копили два года, — сказала она глухо. — Я отказывала себе во всём, не покупала новую обувь, не ходила в кафе, чтобы ты мог купить машину. И ты просто взял и отдал это своей сестре, которая даже не думает о нас. - Я не хотел, — прошептал он. — Мама плакала, я не мог отказать. - Ты не мог отказать маме, но ты мог отказать мне, — Ирина подняла голову, и в её глазах была пустота. — Я больше не знаю, кто ты для меня. Ты не считаешь меня частью своей семьи, ты принимаешь решения один, а я даже не имею права знать, куда уходят наши деньги. Она ушла в гостиную и закрыла за собой дверь. Андрей остался стоять в коридоре, глядя на закрытую дверь, за которой спали дети. Он не мог заснуть всю ночь. В голове крутились цифры, проценты, обещания. Он решил, что утром позвонит Лене и потребует вернуть хотя бы часть. Но утром Лена не взяла трубку. Он звонил двенадцать раз — она сбрасывала. Тогда он написал ей длинное сообщение, в котором объяснил, что у него долги, что он на грани, что его семья страдает. Через час пришёл короткий ответ: «Ты меня достал. Я тебе ничего не должна, ты сам предложил помочь. Я потом верну, когда смогу. Не дави на меня, а то я вообще перестану общаться». Андрей перечитал это сообщение несколько раз, и внутри него что-то оборвалось. Он позвонил матери, но Галина Петровна была на стороне дочери. - Что ты к ней пристал? — сказала она. — Она переживает, ей тяжело, а ты со своими деньгами лезешь. Я тебя просила помочь, но не требовать обратно. Ты что, не можешь подождать? У тебя работа есть, ты заработаешь ещё. - Мама, у меня микрозайм, я плачу огромные проценты, мы с Ирой ругаемся каждый день, — почти крикнул Андрей. - Не кричи на меня, я твоя мать, — ответила она холодно. — Ты взрослый, сам решил взять заём, вот и расплачивайся. А Лену не трогай. Разговор закончился тем, что мать бросила трубку. Андрей сидел в пустой кухне, слушая, как тикают часы. Ирина не выходила из гостиной уже третий день, говорила только о детях, молчала за столом. Она перестала спрашивать его о делах, перестала интересоваться, как прошёл день. Между ними выросла стена, которую он сам построил. Прошло ещё два месяца. Андрей продолжал погашать микрозайм. Он снова попытался связаться с сестрой. На этот раз он написал ей официальное требование вернуть деньги, указав срок в две недели. В ответ он получил длинное письмо, где Лена обвиняла его в жадности, в том, что он «топчет её достоинство», и что она «не