ЖИЗНЬ... ИЛИ...
ЖИЗНЬ... ИЛИ... Часть 15 5 лет назад Через две недели у Софии начались настоящие схватки. Её увели из общей столовой днём, и больше Жанна её не видела. На третьи сутки, рано утром, Жанна услышала за дверью мягкие шаги и тихий, совсем не детский плач. Он стих так же внезапно, как и появился. А вечером София вернулась в их комнату. Она была очень белой, почти прозрачной, и двигалась медленно, осторожно, будто боялась рассыпаться. На её кровати уже лежала новая, чистая ночнушка. Жанна молча протянула ей стакан воды. София выпила, кивнула и сразу легла, повернувшись лицом к стене. На следующий день она снова вела йогу. Только руки её, показывавшие асаны, дрожали едва заметно. Жанна стала замечать другие детали. Молодая рыжеволосая девушка, которая обычно смеялась на кухне, вдруг исчезла на несколько дней, а вернулась с пустым, отсутствующим взглядом и впервые ошиблась в простом узоре при вышивании. Одна из женщин, поливая цветы, внезапно опустила лейку и просто стояла, глядя в одну точку, пока её мягко не тронули за плечо. Эти сбои в общем механизме тишины длились мгновения, а затем всё возвращалось на круги своя. Завтрак, работа, вышивка, ужин. Лесная тропинка по кругу. Как-то раз, когда Жанна дежурила на кухне, ей поручили отнести в кладовую мешок с морковью. Кладовка была маленькой, тёмной, пахла землёй и сухими травами. На обратном пути её взгляд скользнул по щели под полкой у двери. Там, в пыли, лежал смятый бумажный ярлык. Она быстро подобрала его, сунула в карман. Позже, в уборной, развернула дрожащими пальцами. На этикетке было напечатано название и адрес какого-то благотворительного фонда, сбор вещей для нуждающихся. Значит, одежду не шили здесь. Её привозили извне. Мир снаружи был не мифом, он реально существовал и даже иногда касался этого места вот такими вот случайными бумажками. Эта находка не давала покоя. Она не приносила ответов, только лишний раз подтверждала, что здесь всё продумано, всё под контролем, даже благотворительные подачки. В тот вечер, глядя, как София ровными стежками вышивает очередной полевой цветок, Жанна вдруг спросила, не глядя на неё: — А они хоть красивые? Игла замерла на секунду. — Кто? — Дети. София не ответила сразу. Сделала ещё несколько стежков, подбирая нить. — Не знаю, — наконец очень тихо сказала она. — У нас их не оставляют. Даже посмотреть. Потом добавила, уже своим обычным, ровным инструкторским голосом: — Лучше закончи свой угол. Скоро свет выключат. Жанна взяла свою канву. Узор был простым — ветка с листьями. Она вдела нитку в иголку и начала механически делать стежок за стежком. Руки помнили движение, тело сидело прямо, дыхание было ровным. Но внутри что-то сломалось и перестало пытаться понять. Просто констатировало факт: стена есть. Она из деревьев, из распорядка, из молчания. И ты либо становишься её частью, либо разобьёшься об неё. А вышивать гладью, оказывается, можно даже тогда, когда смотришь в эту стену и уже почти не отличаешь её от неба. #пробапера@elenadefektolo