ЖИЗНЬ... ИЛИ...
ЖИЗНЬ... ИЛИ... Часть 11 Ночью, дома, Рита долго не могла уснуть, она думала. Такого не может быть, чтобы в определённом месте держали женщин, много, долго и никто ничего не знает и не может сделать! Она ворочалась, пытаясь пристроить голову поудобнее на подушке, но мысль упрямо возвращалась. Лагерь для беременных. Цех по производству живого товара. Это же не подвал на пару человек. Нужны помещения, коммуникации, персонал. Врачи, акушерки, охрана, повара. Значит, поток денег должен быть постоянным и очень большим. И все эти люди — они же не инопланетяне, у них есть семьи, они ходят в магазины, болеют, болтают лишнее. Кто-то обязательно должен знать. Не все могут быть в доле. Уборщица, водитель, местный житель, заметивший странную активность. Артём, уже засыпавший, почувствовал её напряжение и обнял, не открывая глаз. Его рука легла на её плечо — тяжелая, теплая, настоящая. «Спи, — пробормотал он. — Думать — моя работа. Твоя — смотреть и запоминать». Но она не могла остановиться. Если он всё это время работал с ФСБ, значит, у спецслужб есть версия. Возможно, они даже вышли на какие-то адреса. Но им не хватает улик для штурма, или они ждут, чтобы выйти на верхушку. А пока они ждут, Жанна и другие рожают. Снова и снова. Рита представила её — не ту, состарившуюся, с фото, а ту, прежнюю, с смеющимися глазами. Как она могла продержаться пять лет? Утром, за кофе, она вдруг спросила: «А дети? Куда они их девают сразу?» Артём замер с чашкой в руке. Его лицо стало каменным, непроницаемым, каким она видела его в тот день у клиники. «Не думай об этом, Рита. Честно. Не лезь туда». Но по тому, как он отвел взгляд, она всё поняла. Её догадка была верна. Это был не черный рынок усыновлений. Это было что-то чудовищное, и клиника «Элитон», где она работала, была финальным звеном в этой цепочке. Ее стерильные операционные, ее новейшее оборудование, ее безупречная репутация — все это обслуживало этот конвейер. Именно это осознание и стало переломным. Страх отступил, сменившись холодной, ясной решимостью. Теперь она смотрела на коридоры клиники не как на лабиринт угроз, а как на поле боя, где она знала каждую щель. Она больше не просто фиксировала наблюдения. Она начала действовать. Во время подготовки к плановой операции, пока хирург еще не зашел, она быстрым движением руки, сработанным за годы практики, сунула в карман хирургического халата пустой, но стерильный контейнер для биоматериала. Позже, в тишине не осторожно открытого кабинета функциональной диагностики, куда редко заглядывали, она аккуратно, в хирургических перчатках, протерла им внутреннюю поверхность холодильника, куда медсестра из гинекологии принесла несколько пробирок с кровью. Нарушение протокола было колоссальным, но теперь правила были другими. Эти образцы пыли, микроволокон, может быть, следов — всё, что там было, — могло стать уликой. Контейнер, запечатанный в двойной пакет, лег на дно ее сумочки, рядом с тем самым телефоном. Вечером она передала его Артёму в машине у метро, молча, без лишних слов. Он просто кивнул, сунул находку во внутренний карман, и они разъехались в разные стороны, как два шпиона, кем они, по сути, теперь и были. #пробапера@elenadefektolo